Денис замыкал процессию, хмурясь и кивая сотрудникам:

– Вступил в должность… Никогда не забуду этот день.

– Хватит бурчать, Дэн. Лиза, ты на сегодня свободна, езжай домой или к Мише.

– Спасибо Вам, большой босс, но легче мне не станет, пока все не закончится.

– Лиз, пожалуйста…

Лифт, наконец-то, приехал, и мы зашли в него, а подруга махнула рукой и пошла в свой кабинет.

– Иди ко мне, – Сашка словно чувствовал, когда меня может накрыть очередная паническая волна.

Я прижалась к крепкой груди и закрыла глаза. Господи, ну почему всё так сложно? Почему мы не можем быть просто счастливы, как раньше? Несколько секунд, пока ехал лифт, просто стояла в объятиях любимого, ни на что не реагируя, выкинув все мысли из головы, позволив себе в это мгновение просто побыть в тихом вакууме.

– Езжай к группе и будь с ними, а мы подъедем следом.

Мы вышли на парковку, Денис молча кивнул и пошёл к своей машине, а мы сели в Сашину и быстро стартанули с места.

– Ань… – Саша остановился на светофоре и, сдвинув брови, посмотрел на меня. – Почему?

– Что?

Он резко изменился в лице и со всей силы ударил рукой по панели машины:

– Почему я не знал? Почему ты молчала?

Я сразу поняла, о чём он, ведь ждала этого разговора, ждала его гнева, но не сейчас!

– Саш, прошу, давай поговорим об этом позже…

– Нет! И так прошло слишком много времени. Нам ехать примерно минут сорок, вот как раз и успеем обо всем поговорить.

– Саш…

Саша тронулся, посмотрел в боковое зеркало, а потом взял мою руку и крепко сжал.

– Ань, я хочу сейчас всё знать, чтобы потом быть готовым ко всему и никогда не возвращаться к прошлому.

Да, он был прав, как всегда. И снова вернулось чувство вины. Да, терпеть я прекрасно понимала, что именно я была виновата! Надо было сказать, но… Черт! Дура, дура, дура! Я несколько раз обругала себя, а потом, собрав силу воли в кулак, начала говорить всю правду, как на духу. И теперь Саше решать, как поступать в этой ситуации, а я приму любое его решение.

Словно на исповеди рассказала всё своему судье и отвернулась к окну, чувствуя, как тёплые слезы катятся по щекам, не в силах их сдержать. Липкое чувство вины и потери окутало всё моё существо, а по затылку от страха бегали противные мурашки. Несколько секунд Саша молчал. А для меня время словно остановилось.

– Я многое могу понять… и принять, но то, что у меня есть сын, и я не знал столько времени! Ты не представляешь, что сейчас творится у меня внутри.

Его голос звучал глухо, будто бы издалека. Я повернулась, не в силах сдержать эмоций:

– Сашка… Прости меня, всё было так сложно…

– Знаю. Но теперь это уже не важно. Макаров больше к нему не притронется, – Саша отпустил мою руку и положил на рычаг переключателя передач.

Мне показалось, что меня ударили. В груди всё сжалось и стало тяжело дышать. Боль от осознания, что вот могу его потерять, прожигала грудную клетку. Нет! Только не сейчас! Я не могу, я не хочу! Протянув руку, погладила Сашину, чувствуя, как он слегка вздрогнул.

– Сашка… Прости.

Он кивнул, внимательно следя за дорогой, а потом отнял руку и притянул меня к себе за плечи, поцеловал в макушку, тихо втягивая в себя воздух.

– Бешеная, придушить бы тебя, но тогда я не смогу сдержать слово.

Я уткнулась в его грудь, тихо всхлипывая, вдыхая родной запах, а потом прошептала:

– Какое?

Сашка включил поворотник и усмехнулся:

– Жениться на тебе, глупая.

И в этот момент меня накрыла истерика, нервы сдали, я, как полоумная стала смеяться сквозь слезы, чем здорово его напугала.

– Ань… Бешеная, ты чего? – Саша припарковался у обочины и, взяв моё лицо в ладони, заставил смотреть на него. – Дура ты, Анька, но я тебя и такую люблю.

Сердце стучало так, что готово было выскочить из груди. Сквозь пелену слёз смотрела в лицо Сашки и видела его улыбку, понимая, что все мои страхи в миг рассеялись.

– Ты простил?

– Я не могу по-другому, но тебе придётся очень сильно постараться, чтобы забыл.

Слова застряли где-то в районе гортани, и я смогла лишь несколько раз убедительно кивнуть.

– Надеюсь, что больше нет ничего, чего я не знаю?

– Нет.

– Вот и отлично, – он вытер мои щёки, подмигнул и поцеловал в лоб. – Ань, ты знаешь это место, где сейчас Макаров?