— А все-таки хороша, чертовка.

Уже почти успевшую покинуть мрачное помещение Изабеллу настиг хриплый многократно усиленный эхом голос мастера Терциуса:

— Драгоценная жемчужина, достойная королевской короны, лежит в грязи на обочине, надежно скрытая слоем грязи. Но нити судьбы все прочнее связывают тебя с ней, сапфировое дитя.

Старик умолк, а волшебница с удивлением отметила, что предсказание, похоже, относится лично к ней. Что же, профессиональный навык дознавателя позволил ей с легкостью зафиксировать в памяти каждое слово.

Сегодня смена Карла закончилась куда раньше, чем он рассчитывал. Все дело состояло в том, что один из двух кораблей с грузом ткани и оливкового масла, которые должны были прибыть в порт для разгрузки, явился с задержкой. Хуже того, судно имело заметный крен на левый борт и оказалось абсолютно пустым. Хмурый матрос поведал Карлу, что в пути им довелось столкнуться с пиратами. Загорелый моряк возносил хвалу небесам за то, что морские разбойники не тронули хотя бы членов экипажа, догадавшихся не оказывать сопротивления. Мужчина сетовал, дескать, при короле пираты так не лютовали. Действительно, покойный Марк Валентайн заключил с ними негласное соглашение о том, что морской грабеж в водах королевства запрещен. Взамен морским разбойником разрешалось сколько угодно заниматься своим ремеслом за пределами страны, и их преследование не велось. Но пришедший к власти магический консулат изменил этой традиции, открыв на пиратов охоту, а те, в свою очередь, заметно осложнили возможность грузовой перевозки внутри страны. Все бы ничего, но для Карла эти политические перипетии вылились в короткий рабочий день, и, как следствие, потерю двух медяков. Хозяин склада разумно рассудил, что раз работы сегодня вдвое меньше, то и жалование стоит сократить. Мрачный солдат брел по узкой, еще оживленной в это время дня улочке и думал что каждый подобный инцидент отсрочивает их с Марией и без того далекую поездку в Нордклиф. Вдруг цепкий взгляд вояки выхватил из толпы какое-то смутно знакомое лицо. Мгновение ушло на то, чтобы осознать, что это ни кто иной, как та самая некромантша из трактира. Хуже того, взгляд усталых зеленых глаз вперился прямо в солдата, а большой рот девушки расплылся в хищной улыбке. Все еще лелея призрачную надежду не быть узнанным, Карл накинул на голову капюшон плаща и попытался спокойно пройти мимо. Вот он уже начал удаляться от проклятой колдуньи, но по-прежнему ничего плохого не происходило. Неужели повезло? И в тот самый момент, как солдат задал себе этот вопрос, выворачивая камни мостовой прямо у него из-под ног, выросли три зазубренных костяных шипа. Пожелтевшие, похожие на исполинские когти, они создали вокруг Карла подобие тесной клетки. Прохожие в изумлении и страхе уставились на это странное проявление темной магии. Раздался резкий неприятный голос:

— Все расходимся! Здесь работает сыскная служба имперского магического консулата.

Махнув каким-то тускло блеснувшим жетоном, девушка-некромант неспешно двинулась в сторону костяной тюрьмы. С глухим рычанием Карл вцепился в прутья импровизированной клетки, безуспешно пытаясь сломать их. Преграда не поддавалась, и солдат пожалел, что верный меч так и остался лежать где-то на полу развороченного трактира. Успевшая уже подойти колдунья с ехидной улыбкой проговорила:

— Ты же не думал, что мы забудем тебя, милый?

Вояка, словно попавший в ловушку зверь, продолжал упорно сжимать побелевшими от напряжения кулаками костяные прутья. Некромантша с усмешкой бросила:

— Зря стараешься. Сейчас ты сможешь поучаствовать в одном очень занимательном ритуале.

Она закрыла глаза, посерьезнела и начала производить руками какие-то странные пассы. Скоро вокруг ладоней колдуньи возникло едва различимое бледно-зеленое мертвенное свечение. В глазах у Карла потемнело, кожа похолодела, а затем солдат почувствовал множество мелких уколов, словно его атаковала стая каких-то мелких зверьков. Чувствуя, как силы покидают его, вояка отпустил прутья и бесчувственным тюком сполз на землю. В себя его привел соленый привкус крови, заполнившей рот. Сплюнув, Карл обнаружил, что клетка пропала. Солдат сидел на земле у ног колдуньи, а та, улыбаясь словно довольный кот, сжимала в руках объемный белесый светящийся шар размером с небольшой арбуз. Вояка вскочил, и она спокойно спросила:

— Интересно узнать, что это?

— Почему меня может это интересовать, ведьма? — вопросом на вопрос ответил Карл.

— Как грубо, можно просто Гертруда. У меня в руках твоя жизнь, солдат, и теперь она не принадлежит тебе. Не веришь? Я докажу.

Некромантша плавно провела рукой над шаром, и в глазах у Карла опять потемнело, саму его душу словно объяло пламя. Солдат попытался снова завалиться на землю, но какая-то неведомая сила подняла его на ноги, заставив неумело исполнять нелепый танец. Набаловавшись со своей новой игрушкой, Гертруда проговорила:

— Может быть, теперь перейдем к делу? Где зверочеловек?

Валяющийся на земле и хрипящий солдат воспроизвел у себя в голове образ Марии, затравленный взгляд ее желтых глаз, мягкую ткань непослушных волос, бархатистый мурлыкающий голос. Плевать, плевать на все, она просто хотела жить, и она будет жить. Собрав последние силы, Карл прохрипел:

— Нордклиф, я отправил ее в Нордклиф подальше от вас.

Заботливо приготовленная к приходу Карла рыбная похлебка давно остыла, а на стремительно темнеющем небе зажглись робкие огоньки первых звезд. Мария в очередной раз навострила свои чуткие мохнатые ушки: не звучит ли на лестнице знакомая поступь тяжелых сапог? Она слышала как этажом ниже закашлялся уже давно не покидавший своего жилища старик. По улице с обиженным писком пробежала крыса. Канал, разрезающий соседнюю улицу, с тихим плеском нес свои воды. Но это все было не то, ее милый солдат так похожий на огромного рыжего медведя все не возвращался домой. Его просто задержала работа. Такое уже бывало ни раз, ведь Карл старался изо всех сил для них обоих. Однако тьма словно густые чернила уже расплескалась по улице, а на небе взошла полная луна похожая на хороший круг дырчатого сыра. Просто сидеть и ждать Мария больше не могла. Распахнув небольшое запыленное оконце, что очень удачно расположилось на скошенном потолке, девушка выбралась на не успевшую еще остыть после жаркого дня черепичную крышу. Бесшумной легкой походкой Мария приблизилась к краю и, оттолкнувшись от теплой черепицы руками и ногами, совершила стремительный прыжок. Гибкое тело выпрямилось в полете, чтобы через мгновение снова сгруппироваться, мягко приземляясь на крышу следующего здания. Стороннему наблюдателю могло бы показаться, что по крышам домов перебирается какой-то крупный зверь, но по счастью таковых не оказалось. Довольно быстро добравшись до портового квартала, Мария присела на карнизе двухэтажного склада и, прикрыв свои мерцающие желтые глаза, втянула носом воздух. Среди десятков запахов яркой нотой выделялся соленый дух моря, самую малость ему уступала неприятная вонь гниющих водорослей, манящий аромат набитой в корзины и ящики свежей рыбы щекотал ноздри и будоражил воображение, но сейчас на это было отвлекаться совсем нельзя. Девушка проследовала по дорожке из смешавшихся запахов спирта, лука и немытых человеческих тел. Нюх не обманул ее — на пристани расположилась шумная компания из нескольких моряков и пары портовых грузчиков. Мужчины уже порядком подвыпили и теперь охотно делились событиями прошедшего дня:

— А я ей и говорю, за пять медяков мне в любом борделе будут рады! — пробасил мускулистый смуглый детина и все вокруг рассмеялись.

— Не поверите, братцы, кого сегодня повидал, — загадочно проговорил заросший черной бородой до самых глаз щуплый мужчина.

— Ну и кого же? — лениво спросил один из матросов, наполняя опустевшую кружку.

— Некроманта! — выдохнул бородач и, понизив голос, добавил, — Девка-некромант одного из наших поймала, да Карлом его кличут, вы знаете, небось. Прямо из земли на него кости бросились, грязные, желтые, что твои ногти, Вик.

— А дальше-то что? — заинтересовался смуглый здоровяк.

— Да ничего, деру я дал, каждый знает, что этих колдунов за версту обходить надо — целее будешь.

Сердце Марии гулко ухнуло и замерло, по всему телу прокатилась волна холода.

— А девка-некромант высокая такая, чернявая? — лукаво спросил румяный, пышущий здоровьем матрос.

— А ты почем знаешь? — подозрительно поинтересовался бородач.

— Да место они у нас на корабле сняли на утренний рейс. Она и еще одна, тоже колдунья, видать. Но краси-и-и-и-ивая…, — мечтательно помолчав, матрос добавил — Карл твой рыжий, кстати, тоже с ними был, живой и здоровый.