– Где его искать?

– Только там, на кафедре. А где он живет? Где-то здесь, но где конкретно, не знаю.

– А теперь скажи, – Сергей тронул парня за локоть. – Есть у него черный портфель?

– Наверное, есть, – пожал плечами тот. – У нас каждый второй преподаватель ходит с портфелем.

Поблагодарив парня, Дружинин и Минин поехали в политехнический. Быстро узнав, где находится кафедра сопротивления материалов, они в одной из аудиторий застали доцента Гороховского. Тот консультировал студентов.

– Мила моя, – донесся до слуха Сергея голос, – расчет изгибной прочности балки начинается с определения опорных реакций. А вы пытаетесь сразу построить эпюру моментов. Вы ставите телегу впереди лошади.

Студентка молчала, отрешенно глядя в раскрытую тетрадь, которая лежала на столе у Гороховского.

Увидев вошедших, Гороховский поднялся. Показанные удостоверения произвели на него впечатление:

– Прошу уделить нам несколько минут, – сказал Дружинин.

Ростом Гороховский был не просто высокий, а очень высокий – под два метра. Предложив сесть, он чинно расположился напротив, снял очки и протер глаза:

– Догадываюсь, по какому поводу вы пришли. Слушайте, товарищи дорогие, это же ужасно! Это уму непостижимо! Я вчера утром был на кафедре, потом поехал домой. В три часа ко мне должен был прийти диссертант – я оппонирую кандидатскую. Едва дошел до подъезда, а тут взрыв…

Сергей понимающе кивнул и спросил:

– Игорь Леонидович, может, вы запомнили кого-нибудь из пассажиров трамвая № 3, особенно тех, кто вошел на остановке «Микрорайон “Солнечный”»? Как они были одеты? Что держали в руках?

Гороховский задумался, покачал головой. Видно было, что подобный допрос наводит его на мрачные мысли.

– Товарищи дорогие, рад бы, но… При моем высоком росте я могу видеть только головные уборы пассажиров.

– Ну, хотя бы это…

– Помню только, справа от меня стояли две женщины, слева парень. А вот вышли ли они на остановке «Микрорайон “Солнечный”», не помню.

– А на головах у них что было? – с нетерпением спросил Минин.

– На головах, на головах… товарищи дорогие, так сразу и не припомнишь… У парня спортивная зимняя шапочка, у женщин… нет не припомню.

– Может, слышали, о чем они разговаривали? – спросил Сергей.

– А вот здесь могу помочь. Представьте, слышал, – вспомнил Гороховский. – Одна из них торопилась в ателье!

– Как она выглядела? Что было у нее на голове?

– На голове, на голове… – снова заладил Гороховский и отрицательно, как минуту назад, покачал головой. – Не помню… Хотя, стоп! На голове одной из них была пыжиковая шапка. Да-да, шапка, похожая на мужскую. И еще вспомнил! Эта женщина вышла на остановке “Микрорайон “Солнечный”.

– А ателье где-то рядом?

– Ну, уж друзья дорогие, я не ходок по ателье. Лет пять назад посетил, заказывал костюм на свою нестандартную фигуру. Но я тогда жил в другом конце города.

Сергей чувствовал, что они понапрасну теряют время. И все-таки два вопроса нужно было выяснить.

– Скажите, Игорь Леонидович, вы не приметили в вагоне трамвая женщину в светлой пятнистой шубке? – задал он первый из двух вопросов.

– После ваших слов вспомнил. Она зашла вместе со мной на остановке “Политехнический институт” и сидела в кресле у окна. Но это в другом конце вагона.

– А кто был рядом с ней?

– Странный вопрос: люди входили и выходили.

– Игорь Леонидович, нам надо знать, нам очень надо знать, кто был рядом с этой женщиной перед тем, как трамвай остановился в микрорайоне “Солнечном”.

Гороховский развел руками:

– А вот это увольте. Сыщик из меня никудышный.

Наступило молчание. Пора было заканчивать разговор, тем более что в дверь аудитории нет-нет да заглядывали любопытные студенты. Сергей задал второй вопрос, который для преподавателя сопромата прозвучал неожиданно:

– Вы на работу ходите с портфелем?

Гороховский поднял голову. Трудно сказать, выражение недоумения или негодования было в его взгляде.

– Да, хожу, – негромко ответил он.

– И где ваш портфель?

– Дома. – Гороховский чуть приподнялся на стуле. – Я уже сказал вам, что оппонирую диссертацию. Она дома, в моем портфеле, – лицо его приобрело решительный вид. – Вы что, меня в чем-то подозреваете?

– Ну, что вы, что вы, – никто вас ни в чем не подозревает, – принялся успокаивать преподавателя Дружинин. – Но все обстоятельства, связанные со взрывом, мы должны проверить. Слишком велика ответственность.