– Послушай, Грир. Против тебя лично я ничего не имею, надеюсь, тебе это понятно.
– Голос капитана звучал спокойно и размеренно.

– Я знаю, капитан. Иногда вы бываете жестоким, но всегда справедливым.

Хегг решил не обращать внимания на едва заметные насмешливые нотки в словах Сонни.

– Очень приятно, что ты согласен со мной. Значит, поймешь, что мои действия продиктованы не личными чувствами, а существующими правилами и заботой о благе экспедиции. Тебе приходилось слышать об оценке поведения всех, кто работает за пределами Земли?

– Нет.

– Я так и думал. Такая система не является секретом, но ее просто не хотят рекламировать. Правила очень просты. Два выговора - и ты больше никогда не будешь работать в планетарных экспедициях, да и вообще в Космической инспекции. Сегодня ты получил свой первый выговор.

– Что вы хотите этим сказать?..

– Именно то, что сказал. Завтра я пошлю на Землю еженедельный отчет о работе экспедиции. Там будет указано, что по твоей вине остальные члены экспедиции оказались в опасном положении; мое мнение будет отмечено в твоей характеристике. Это не слишком хорошо, но и стыдиться тоже не следует - немало сотрудников Космической инспекции получали подобные выговоры. Важность такой системы двойная: убедить тебя в необходимости точно соблюдать правила и инструкции, а также заставить следить за своим поведением, чтобы не подвергать опасности жизнь остальных членов экспедиции. Если произойдет еще одна такая ошибка, я запрошу замену.

– Боже мой, капитан, но ведь ничего не произошло! Обещаю, что подобного больше не случится. Я буду стараться изо всех сил - только не сообщайте на Землю.

– Ты будешь стараться изо всех сил именно потому, что я сообщу о твоем промахе. Если бы я был достаточно крут, то послал бы первое сообщение, когда ты не проверил предохранительный клапан на скафандре Робсона, и уже сейчас речь шла бы о твоей замене. Я считаю, что из тебя не получится хорошего космического исследователя.

Капитан повернулся и пошел прочь - насколько это было возможно в ограниченном пространстве купола. Сонни смотрел на его спину и беззвучно шевелил губами.

– Я проголодался, - заметил Аркадий, заглядывая в кастрюлю, стоявшую на электрической плите. В ней что-то булькало.
– Как всегда, пахнет очень вкусно. Кто-нибудь составит мне компанию?

– Положи мне, Аркадий, - произнес Робсон, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно.

***

– У меня создалось впечатление, капитан, что ваше суровое обращение возымело эффект, - сказал Робсон, глядя в иллюминатор и ожидая возвращения Аркадия и Сонни.
– Прошло уже больше двух недель, и наш молодой ученый изменил свое поведение, относится к исполнению обязанностей серьезно и очень внимательно.

– Боюсь, не так уж серьезно. Он снова принимается шутить.
– Капитан Хегг пошевелил длинными пальцами, уставшими от работы на принтере. Он готовил отчет.
– Ему следовало бы все время быть серьезным.

– Думаю, капитан, вы напрасно беспокоитесь. Человек может обладать чувством юмора и все-таки серьезно относиться к исполнению своих обязанностей. Боже мой, капитан, вы никогда не жалуетесь на мои шутки, хоть и не считаете их смешными.

– Здесь ситуация совершенно иная, профессор. Независимо от вашего самочувствия вы всегда исполняете свою работу одинаково - методично и правильно.

– Некоторые называют такое поведение скучным, как у старой девы.

– На Земле такой термин, может быть, и считался бы правильным - там трудно совершить критически важные ошибки. Здесь же речь идет о том, чтобы выжить. А посему человек может вести себя должным образом либо потому, что это заложено в его характере, либо заставить себя научиться правильному поведению. Есть люди, которым это никогда не удается, тогда они остаются на Земле и работают там. Я спал бы куда спокойнее, если бы наш минералог был в их числе.

– Легок на помине. Вон они возвращаются, волокут огромный контейнер. Надеюсь, капитан, вы не забыли наполнить бак.

– Нет, конечно. Ведь сегодня моя очередь... Хегг взглянул на Робсона и заставил себя улыбнуться, хотя и считал, что шутка не слишком остроумная.

За переборкой заревел душ. Хегг посмотрел на заплату, которую они наложили на просверленное отверстие, и решил завтра же заменить ее - постоянная смена давлений не способствовала прочности эластичного материала, из которого она была сделана. Уже не в первый раз он пожалел, что грузоподъемность корабля, доставившего их на планету, не позволяла захватить слесарные инструменты. Шум воды прекратился, открылась внутренняя дверь, и два человека в скафандрах ворвались в купол, с триумфом указывая на тяжелый контейнер, который едва тащили за собой.

– Настолько чистый, что не понадобится даже обогащения!
– воскликнул Аркадий, едва сняв шлем.

– Огромное месторождение, настоящее золотое дно, самая крупная находка в истории человечества - нет, в истории всей Галактики!

Сонни принял торжественную позу, поставил одну ногу на контейнер и широко раскинул руки.

– Из всего этого я делаю вывод, что вы нашли новую рудную жилу, - сухо заметил Робсон.

– Вы проверяли чистоту шлюза перед тем, как впустить в него воздух?