Чудеса…

– Так и зачем это надо? – спросил я, недоумевая.

– Слушай дальше. Твоя задача посетить два места.

– Диверсии…

– Не совсем, – Лео с глубокой задумчивостью покачал головой, а потом поморщился, признавая мою правоту. – В одном месте – все-таки, да. Во втором – другое. Твоя задача пожертвовать эти костяшки, швырнуть в чаши-жаровни. Сами отсоединяться, когда понадобиться; ничего резать не нужно.

– Что за места?

– Храм Монеты и храм Морка.

– Ой…

– Не робей, хорек. Храмовник Монеты свинтил четыре дня назад в Нульф. Но осторожнее будь в храме за такое безобразие, если поймают – покалечат. Делаешь – и беги.

– А в храме Морка?

– Ты с кем говоришь? – Лео скептически на меня посмотрел. Не увидев какого-то понимания, пояснил. – В храме Морка можешь не скрываться…

– И что произойдёт?

– Увидишь.

– А зачем такие сложности с отрубанием, прорастанием – вот этим всем фокусничеством?

– Не расстраивай меня, хорёк, – он нахмурился. – Вас после этого нетривиального, к слову, события досматривать станут. Ну как, пролом в вагоне есть, а все – живые. Непорядок. И кстати кирасу мне сдай, а то бойцы заберут и вопросами, определенными, мозги тебе выедят.

Всё и так лежало в сторонке. После сеанса, я так и не одевал, ожидая, когда огромная “картина" на груди перестанет пульсировать даже через медитацию.

Лео добавил:

– Я постараюсь ее своими способами переправить и через храм тебе вернуть. Но это всё, как ты понимаешь, не быстрое дело. И закрой “маской” татуировки на теле.

Кивнув, так и сделал.

3; 7 из 8.

Собрался.

Как Лео ушёл, я улёгся к остальным. Прошла половина минуты и внутрь вломились бойцы, топали, “разбудили” нас силой и нашатырем и перетащили с закрученными за спинами руками в следующий вагон. Остальные потихоньку приходили в себя.

Бронепоезд вновь отправился.

Стрельбы я не слышал; скорей всего твари отступили. Интересно, конечно, как так Морк все организовал.

Нас изолировали и рассовали по одиночным камерам, держали так около двух часов. Потом еще лекарь тыркал, тюкал и проверял под направленными стволами карабинов – чтобы я чего «некро-сорово» не отчебучил. Там такие бойцы – не бойцы – бронированные статуи. В усиленных криптских доспехах с полными бронешлемами, с красным забралом-визором. И с хорошо-знакомой эмблемой на груди: бардовая мантикора скалилась с рисунка – это гвардия Дома Манти.

Интересно, как там Веста поживала? Помнит еще обо мне?

Надеюсь…

Конечно же, никто ничего не нашёл. Видимо не было способов обнаружить конкретно этот вариант воздействия квази.

А уже когда подъезжали к Крипте нас наконец отпустили, рассадив в вагоне-ресторане. Бесплатно накормили от пуза. В общем, пытались как могли умаслить после всех этих достаточно-неприятных процедур.

Семейка скитов выглядела хорошо – уверен у них такое не в первой, а вот высокая девушка – не очень. У нее ссадина и свежий синяк на щеке. Видимо захотелось поспорить с гвардейцами; не самое умное решение. Вообще раньше не до того было; поэтому только сейчас обратил внимание, что у нее громадные голубые глаза, а еще длинную тонкую шею разглядел; в совокупности с маленьким ртом и высоким лбом –внешность скорее странная, чем красивая. На мой взгляд она отреагировала вполне конкретно, злобно нахмурилась:

– Чего зыришь?

В примиряющем жесте руки поднял, и она вроде успокоилась, уделив внимание отбивной.

Астра наклонилась ко мне ближе:

– Доспех отобрали?

Отрицательно покачал головой.

– А как?

– Потом расскажу. Не здесь, – и кивнул на бойца в трёх столах от нас, который медленно и методично уничтожал бургер своей челюсть-машиной.

Приехали к вечеру. Много сделать не успели: в экстренном темпе нашли чуть ли не первую попавшуюся квартиру, сняли ее, заказали ужин, поели – да завалились спать.

Перед этим Астре, конечно, рассказал про встречу с Лео. По ее выражению лица понял, что ей эта сказочная история не шибко понравилась. Нет, она поверила – но тут речь о том, что, по ее мнению, когда на смертного обращает такое пристальное внимание квази – дело дрянь.

Астра еще утром двадцать шестого умотала по поводу схронов узнавать, пока без крови – просто поглядеть, не ведется ли там какая слежка. Таково ее желание было – я считал, что это излишнее беспокойство, но тут ей виднее куда своё свободное время тратить. Да и она, в конце концов, специалист.