Я ждала, что Морган или Лола войдут в круг и сразятся со мной, но этого не произошло. Вместо этого круг разомкнулся, и внутрь шагнул сам Дориан без туники и в набедренной повязке.

О, Гадес.

Мне и раньше приходилось драться с мужчинами из нашей стаи. Из-за небольших разногласий или в тренировочных целях, но… никогда в спарринге с альфой.

Я с трудом сглотнула.

Он удерживал мой взгляд, когда входил в круг, и вместо того чтобы возражать или недоуменно спрашивать, что происходит, я хрустнула костяшками пальцев, готовясь к бою. Стая обезумела от воя даже в своем человеческом обличье и в предвкушении затопала по земле.

Насколько мне известно, альфа никогда не вступал в тренировочный бой с волчицей. Вероятно, из-за опасения убить ее.

Я чувствовала своего брата даже без слов. В конце концов, мы были связаны общей стаей.

Дориан был крупнее и сильнее меня. Поэтому мне нужно было использовать свою маневренность и скорость как преимущество.

Испытания Королевы будут представлять собой смесь человеческих и волчьих сражений, а также боев с оружием. Я не знала деталей, но мне нужно было быть готовой по всем фронтам.

– Правила боя? – спросила я своего альфу, когда мы кружили друг вокруг друга. Я не хотела причинять ему боль и заставлять его отчитывать меня перед всеми, и я также не хотела, чтобы он применял силовые атаки против меня, если мы просто демонстрировали технику.

– Никаких, – заявил он, а затем бросился на меня.

Из моего горла вырвался возглас удивления, но мой брат хорошо меня обучил. Я инстинктивно упала на колени и, вытянув руку, ударила кулаком в пах альфы. Он замычал и упал вперед, поравнявшись со мной, и я с легкостью повалила его на землю. Дернув его за лодыжку одним сильным рывком, я заставила противника плашмя свалиться на живот. Стая вопила и взвывала от радостного возбуждения.

Запрыгнув Дориану на спину, я обхватила его одной рукой за горло, а затем попыталась использовать ноги, чтобы придавить его массивные руки, но это не помогло. Он встал, пока я продолжала сидеть на его спине, а потом мы начали падать навзничь. Он прихлопнул меня о землю, навалившись на меня всем своим весом, и мои легкие стремительно покинул воздух. Я не могла дышать, руки обмякли, когда он скатился с меня и развернулся. Его кулаки врезались мне в лицо, живот и горло – шквальная атака была настолько стремительной, что я не успевала сориентироваться.

– Используй то, что под рукой! – рявкнул мой брат.

Я почувствовала грязь под пальцами и, схватив пригоршню, бросила ее в лицо альфе. Он закашлялся и начал отплевываться, что предоставило мне возможность отдышаться и выкатиться из-под него.

Пора выпустить волчицу. Только так у меня появится шанс. Обращение в волчицу сделает меня уязвимой во время процесса трансформации, но он ослеплен грязью на следующие несколько секунд, так что сейчас или никогда.

Мои кости начали щелкать и изменяться, пока меня насквозь пронзила боль. От того, что я оборотень и часто меняю форму, процесс не становится приятнее. Каждый раз это мучительная пытка, отчего, естественно, наш вид приобрел высокую переносимость боли. Я все еще перевоплощалась, когда Дориан схватил меня за ногу и дернул.

Мое туловище ударилось о землю, а затем меня подняли в воздух, когда мое обращение завершилось. Я рычала на него, ощерившись, но он держал меня в воздухе, как щенка, пока я корчилась и извивалась перед ним. От полученной при обращении боли у меня саднило кожу, но я сохраняла спокойствие. Дориан наносил удар за ударом по моему животу, обращаясь со мной как с боксерской грушей. Он наносил удары не в полную силу, поскольку это был лишь спарринг-матч, так что ребра у меня не сломались, но синяки будут приличные.

В этот момент я вспомнила все, чему научилась, тренируясь с братом на протяжении многих лет и за последние две недели.

Внезапно я полностью обмякла, моя волчья голова свесилась набок, как будто я отключилась.

– Хорошая попытка, – рявкнул Дориан и снова нанес мне удар в живот, все еще удерживая меня в воздухе за ногу.

Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не отреагировать на удар. Я знала, что Дориан был уважаемым бойцом, который ценил честь: он ни за что не стал бы бить того, кто потерял сознание. Это означало, что он уже победил. Это была его единственная слабость: он был волком чести и никогда не искал легких путей.

Вздохнув, он положил меня на землю и обратился к стае.

– Полагаю, она…

Я вскочила в своей волчьей форме и бросилась прямо к его горлу, слегка прикусив, чтобы он знал, что я могла бы разорвать его, если бы это не был тренировочный бой. Приземлившись обратно на землю, я подняла глаза и увидела красные отметины от зубов, которые оставила на его коже.

Я выдержала его взгляд, пока стая улюлюкала и завывала, зная, что я победила в ту секунду, когда укусила его за горло. В настоящем бою он был бы мертв.