— Это здорово, — улыбнулась девушка.

— Да. Жаль, бабушка не видит. Она бы оценила… — грустно улыбнулся я.

Ксюша положила руку на мою ладонь. Я смутился и услышал стук сердца в голове.

— Макс, твоя очередь, — перевёл тему я.

— Ну хорошо, — ехидно улыбаясь, сказал он. — Я довольно рано повзрослел ради моих сестер. Уже в 16 лет на двух работах работал. Тяжко было, конечно. Но девчонки заслуживали хорошего брата, и я надеюсь, что у меня получилось. Я счастлив, что они выросли такими замечательными.

— Достойно уважения, — сказала Ксюша, не убирая свою ладонь с моей.

— Ты лучший брат, Брюллов. Будь в этом уверен, — улыбнулся я.

Он засмущался и предложил:

— Уже так темно. Поехали домой?

Мы согласились и стали собираться. Спустя 15 минут мой автомобиль уже направлялся в сторону дома. За рулём меня посетило какое-то неприятное волнение. Словно предчувствие. Я надеялся, что просто себя накручиваю. После того, как я развёз всех домой и вернулся к себе, то попытался отделаться от этого чувства.

— Сегодня был хороший день. Я отдохнул. Всё будет хорошо, верно? Конечно, — говорил я вслух, расхаживая по комнате.

Всё же я решил позвонить Сергеичу, чтобы успокоиться, но тот не взял трубку. Вскоре усталость и понимание, что завтра на работу, взяли своё. Луна освещала комнату через занавески, я долго смотрел на неё, но вскоре погрузился в сон.

Глава 14. Или победить или умереть

Я проснулся от мерзкого звука будильника со страшным чувством тревоги. Быстро собравшись, я поехал в участок. Ужасное чувство не покидало меня и терзало сознание. Что-то случилось. Я чувствовал это.

Возле участка было полно людей и — на удивление — журналистов. Теперь пазл про не очень хорошее событие сложился. В толпе я увидел Ксюшу и Максима, которые махали мне рукой. Они также были встревожены. Пробираясь сквозь толпу, я добрался до моих друзей:

— Что произошло? — спросил я у них.

— Не знаю, но представителями СМИ очень больно дерутся, — потирая руку, ответила девушка.

— Придурки. Ладно, пойдёмте, — подытожил я.

Мы зашли в участок и, отдышавшись, сразу направились к Роману Олеговичу. Он сидел в кабинете и кричал в трубку:

— Уберите вонючих журналистов! Я ясно выразился? Это конфиденциально! Я всё сказал! Если через пять минут толпа не рассосётся, я вас всех засужу! — стучал он по столу.

Черниговский положил трубку и увидел нас. Его взгляд наполнился несвойственным ему испугом.

— Что происходит? — обеспокоенно сказал я. — К участку не подойти нормально.

Он молчал, потом, опустив взгляд, произнёс:

— Миш, присядь, пожалуйста…

В голосе руководителя слышалось волнение и напряжение. Я сел, но он по-прежнему молчал.

— Пап? — спросила девушка. — Что произошло? — она взяла его за плечи.

Он снова вздохнул и потёр лоб. Начальник явно собирался с мыслями.

— Роман Олегович, не пугайте нас, — сказал вконец растерянный Макс.

— Миш… Я не знаю, с чего начать… — заговорил наконец-то начальник, крутя головой.

В моей голове забегали страшные мысли.

— Мы нашли новый труп… Мне жаль… — он протянул мне лист бумаги. — Сергеич мёртв.

Эти слова ударили прямо в сердце. Из глаз бесконтрольно потекли слезы.

— Нет. Не-ет. Нет! — закричал я. — Тупая шутка. Ужасная! Правда, шутка? — задыхался я.

Мой взгляд упал на заключение о смерти. «Захаров Сергей Сергеевич, время смерти 3:40». Сердце разрывалось, и я не мог дышать, безостановочно крутя головой.

— Миш, я… прости… — выдавил начальник.

Макс стоял как вкопанный. Он тоже не верил в эти слова. Я весь дрожал, голова закружилась и, вскочив, я выбежал в коридор. Забежав в наш кабинет, а затем и в кабинет Сергеича, я стал искать и звать его. Мои руки рылись в бумагах в надежде доказать, что услышанные слова — ложь. Затем я побежал в столовую, архив, лабораторию, но его нигде не было. Я взял телефон и стал звонить.

— Ну же, возьми трубку, — кричал я, слыша только гудки.

Ещё три звонка остались без ответа.

— Пожалуйста, пожалуйста, прошу… — молил я на коленях.

Потом я встал и пошёл в морг в надежде, что и там его не будет. Девушку, проводившую вскрытие, я раньше никогда не видел. Она испугалась от того, что я зашёл. Я начал искать глазами, осматривая помещение, и увидел на столе тело.

— Сергеич…

Я упал на колени, схватив его за руку.

— Мужчина, вам нельзя здесь находиться, — запротестовала девушка.