— Насколько велика ценность княжны Милиссы на брачном рынке в настоящий момент?

Няня тоже остановилась и, поджав губы, посмотрела на меня жалобно.

— Мизерная стоимость, если честно, — наконец, выдавила из себя она. — Да, в девушках течет древняя кровь, но род Арицких уже давно ослабел. Князь был так себе магом. Его даже в столицу на службу не позвали.

— А как же спаситель мира, про которого мне говорила Лолита?! — возмутилась я.

— Так ведь такое предание ходит в каждом древнем роду. А для Хранительницы мира ценно любое живое существо. Так что Лолита верила в то, что говорила. Не вините ее. Меня во всем вините.

Няня опять перешла на «вы», явно демонстрируя крайнюю степень отчаяния.

— Да брось ты, Дора. Толку виноватых искать? Суть моего появления осталась прежней. Через год мне нужно выдать замуж Милиссу, — оптимистичным тоном попыталась я подбодрить Дору.

Искать крайних — затея точно пустая. Правда, к отягчающим обстоятельствам прибавились отсутствие денег и совершенно заурядная кровь. Но посмотрим, что мы имеем в качестве компенсации.

Остановившись на крыльце, я оглядела открывшуюся территорию: двор, ветхие постройки, за ними заросший сад и кусок земли. Дальше забор, а за ним роща и горный склон с маленькими домиками. Печаль.

— А мы ворота недавно починили, — с тоской протянула няня.

Как будто это могло мне хоть чем-то помочь!

— Скажи мне, как вы вообще живёте?! — выдохнула я, не в силах понять, откуда у девушек лишний вес и булки.

При таком раскладе они должны быть стройными и загорелыми! Ну а какими иначе быть, если пахать по хозяйству от зари до зари самостоятельно?

— Так нас крестьяне кормят. Они же подданные княжества. Они и деньги приносят, только почти все монеты уходят на содержание дома, налоги и оплату слуг.

Я потерла лицо пухлыми руками, пытаясь стереть с него отчаяние.

Надо с чего-то начинать.

Но за что хвататься?

Так, ладно.

Уныние точно не советчик.

— Дора, а сколько прислуги живёт в поместье и что они делают? — спросила я, взяв себя в руки.

— Я управляю поместьем и слугами, — принялась перечислять няня, помогая мне спуститься со ступенек. — Осим — разнорабочий: за старой клячей смотрит, возит нас в город, когда надо, дрова заготавливает, мелкий ремонт дома может сделать, ну и вообще то, то, то, сё. Афанасья и Радмила — горничные. Они убирают дом и помогают княжнам одеваться и причёсываться. Пиона — кухарка, а сын ее — Антик — на подхвате у матери и у всех остальных. Так и живем.

И такая толпа даже огородом и садом не занялась?! Лентяи! Я закипала еще больше. Спустившись с крыльца, оглянулась на дом: большой, трехэтажный, видавший виды. И если два этажа правой его части выглядели еще туда-сюда, то левая часть и весь третий этаж явно жилыми не были.

— Все работники в доме живут?

— Да, госпожа, и питаются. Так платить меньше.

Ну они у меня попляшут!

— Пройдем по территории, и всех соберешь на собрание, — процедила я, изо всех сил стараясь не пугать няньку. — Я буду рассказывать об изменениях в наших жизнях. Как думаешь, то, что я подавилась булкой и чуть не умерла, может быть причиной случившихся с Элисой перемен?

— Оно, конечно, может, — виновато пробормотала Дора, — но ведь вы совсем другая. Элиса и слов таких не знала, как вы, знаете, да и говорить так складно не могла.

Да уж. Косяк. Базар придётся фильтровать.

— Я еще и по именам никого не знаю, кроме тебя, Мили и Осима, — согласилась с Дорой. — Ты пока думай над этим, а я буду думать, где взять деньги. Деньги, моя дорогая Дора, залог успеха в любом начинании.

Няня ушла в себя, а я продолжила осматриваться. Двор чисто выметен… Ну вот, пожалуй, и все достоинства поместья. В одном покосившемся сарае лежали дрова, в другом — ржавые инструменты, в третьем — мешки с картошкой и мукой, в четвертом — всякий хлам. В конюшне — сиротливый стог сена, старенькая лошадка да кошка с котятами. Вот и всё. Они даже кур не держат! Бездельники!

Меня уже потряхивало…

Я не могла сказать, что на улице стояла жара — наоборот, дул освежающий ветерок, — однако даже от этого небольшого обхода я взмокла, будто пробежала марафон. Правда, чтобы опустились руки, потрясений было маловато. Останавливаться я не собиралась. Прошла через пустой огород к калитке и увидела, что перед рощей бежит горная река. Узкая, с порогами, очень быстрая — в такой не поплаваешь.

— А есть водоем, в котором можно купаться? — спросила я Дору.

— Да, там ниже водопад и озеро, — махнула рукой вправо няня.

Уже хорошо. Можно будет аквааэробикой заняться. В воде хорошо лишнюю жидкость выгонять. Да и вообще плавать полезно.

Минут через сорок тело Элисы сообщило, что оно всё — выдохлось. Ноги гудели, лёгкие работали, как меха старой кузницы, а поясницу заклинило. Пришлось развернуться и идти обратно к конюшне. Первым делом мне предстояло поговорить с младшей княжной.

— Дора, скажи, какие у девушек отношения и о чем мечтает Милисса? Мне нужно ее замотивировать. Иначе ничего не выйдет, — притормозив в огороде, спросила я няню.