Думать стало некогда. Катя скатилась со ступенек, оступилась, больно стукнулась локтем о старые перильца, рванула калитку. Пока бежала к пруду, подобрала с земли ржавый прут, крепко сжала.

Схватка была в самом разгаре. Кирилл сражался с одним здоровым детиной, Толя взял на себя другого, с третьим разделывались Суслик (его Катя узнала сразу) и еще какой-то парень, кажется, со станции. Немного в стороне валялась любимая разодранная куртка Кирилла, из-под которой выглядывало что-то металлическое, на мгновение поймавшее лунный блик. Но было некогда вглядеться! Лизка-то где? Вот в чем вопрос!

Лиза стояла в стороне, под ивой, и поэтому Катя не сразу ее приметила. Однако, разглядев в темноте белое пятно, поспешила к сестре. Распирала какая-то дикая горячая радость от боя, от близости крови… а еще гордость, что враги терпят поражение. Подбегая, с молниеносным ужасом увидела, как к Лизе крадется четвертый, никем пока не замеченный, парень. Катя машинально посмотрела на прут — только сейчас о нем вспомнила. Присела. Точно рассчитала расстояние, и в тот момент, когда парень занес руку над Лизой, распрямила тело, прыгнула и изо всей силы обрушила прут на его голову. В последнюю долю секунды тот метнулся вправо, и удар получился смазанным, однако парень тем не менее грузно осел на землю совсем недалеко от куртки Кирилла.

«Если бы не увернулся, я, скорее всего, убила бы его», — со спокойным удивлением подумала Катя.

Лиза охнула, испуганно обернулась.

— Ты? О Господи, — машинально отошла от упавшего у ее ног парня.

— Смотри, — Катя кивнула на дерущихся, брезгливо бросила прут в траву, вытерла рукой нос, провела ладонями по джинсам — вверх-вниз, вверх-вниз. — Наши побеждают.

Лиза только кивнула, сцепила пальцы. Толя своего успокоил и теперь помогал Кириллу. Худощавый Суслик и его крепко сбитый приятель заканчивали разбираться с третьим. Сопротивления противник практически уже не оказывал. Лиза судорожно вздохнула. Можно было выйти из укрытия.

— Я кому сказал, сидеть дома? — тут же вскинулся на сестер Кирилл.

Девушки замерли, не зная, что делать дальше — то ли бросаться победителям на шею, то ли виновато трусить домой. Но Кирилл уже смеялся, улыбался и Толя, Суслик притоптывал на месте и все время похлопывал по плечу безымянного пока для Лизы и Кати своего напарника.

Кто первым увидел опасность? Лизе вдруг показалось, что за ее спиной выросла зловещая тень. Смех Кирилла смыло выражением ужаса в глазах. И лишь Толя не успел убрать улыбку.

Как в замедленной съемке, мучительно медленно обернулась Лиза. Оглоушенный Катей парень, стоя на коленях, тяжело поднимал пистолет, дуло которого направлял на Кирилла. Застыли на месте Суслик и его друг. Катя медленно-медленно повернула голову и открыла рот — а крика еще не было. Толя в длинном прыжке оторвался от земли.

Грохнул выстрел. На землю рухнули два человека, завизжала Катя. Лиза бросилась к Кириллу с истошным криком:

— Нет!!!

Он был весь в крови. Кровь повсюду — на майке, на руках, на лице. Сама того не замечая, Лиза продолжала кричать. Она кричала до тех пор, пока Кирилл не ударил ее по лицу.

— Прости, любимая, — сгреб ее в охапку, прошептал: — Это не моя кровь.

Рядом лежал Толя. Он так и не успел изменить выражение лица, и улыбка выглядела на его лице, как елочная игрушка летом.

— Боже мой, — прошептала Лиза и склонилась над ним.

Внезапно стало тихо. Смолк ветер, деревья разом опустили листья, и только пруд все продолжал поеживаться, как от холода.

— Надо кровь остановить. — Суслик рванул на себе рубаху, скомкал, сунул Лизе. — Ты, Серый, за «скорой», быстро. Толян, Толян, не умирай! — По его лицу покатились слезы. — Ты, это, Толян, нельзя же…

— Я тут еще, — раздался слабый голос.

Лиза облегченно выдохнула, наклонилась к его лицу, зашептала горячо:

— Толя, родной мой, никогда не забуду, никогда…

— Ради этого стоит умереть, — сказал он, попробовал усмехнуться, но по его лицу прошла гримаса боли.

Этого Лиза уже не выдержала. Из глаз неудержимо хлынули слезы. Она не всхлипывала, не пыталась сдержать их — они лились и лились на его лицо, шею, грудь.

Словно только этого и дожидался дождь. Крупные капли зашуршали в листве, покрыли пузырями пруд. Листья ивы скорбно обвисли.

И «скорая» и милиция приехали одновременно. Чудом не застряли в овраге. Аккуратно положили Толю на носилки, погрузили в машину. Лиза все это время не отходила от него.

Дождь пошел сильнее, забарабанил по крышам, небо прочно окутала темень — без единого проблеска. Зигзаг молнии разрезал небо, и сразу, совсем рядом, ударил гром. И снова почти без паузы — молния, гром, ливень, косой и сильный, сливающийся в один поток. На околице молния расщепила молодой дуб, который гордо и отстраненно стоял у самого поля.