Не винить себя?

Я ожидала, что на нее обратят внимание. Или посадят в темницу. Или начнут задавать вопросы. Или… тысяча различных «или», а не мгновенное убийство.

— У меня будет к тебе просьба, Асьен, — произнес кронпринц.

Обернувшись, я вопросительно взглянула на него.

— В следующий раз, когда у тебя возникнут подозрения, не бойся сказать о них. Не заставляй себя молчать.

Ощутила, как глаза наполняются слезами и резко отвернулась.

— Асьен, — он подошел почти беззвучно, и теперь стоял прямо за моей спиной, — я рядом.

Теплые ладони легли на мою талию, позволяя прислониться спиной к широкой груди Ангела Смерти, для которого смерть не была чем-то из ряда вон выходящим, а я никогда не привыкну к виду проливаемой крови.

— Нам нужно возвращаться, — прошептала, протянув ему маску.

Во второй раз за сегодня его императорскому высочеству пришлось побыть моей горничной. И не знаю, показалось мне или нет, однако во второй раз он завязывал ленты гораздо медленнее, словно не хотел покидать это спокойное место.

Свадебная церемония начиналась у ворот Небесного Города.

Во всех соборах звенели колокола, и звонари прилагали все усилия, чтобы звон складывался в одну стройную мелодию. Улицы были усыпаны цветами. Толпы одетых в свои лучшие одеяния горожан, заполонили каждый кусочек пространства, из которого можно было увидеть свадебную процессию.

Император ожидал новобрачных у входа в собор, который уже был отчищен до блеска и даже цветы, испачканные капельками крови, заменили. И все отмыли. Лишь мне, стоящей по левую руку от кронпринца была заметна маленькая полоска крови на рукаве императора, и то лишь потому, что я стояла слишком близко.

Принц Эльтериан появился буквально в самом начале церемонии, что было сущим нарушением правил этикета.

Прибыв вна белоснежной карете, прекрасный принц изящно сошел вниз по ступенькам, одарил радостно взревевшую толпу царственным приветствием, и подал руку своей спутнице. Кто бы мог подумать, что сопровождать его станет леди Сибилла Сарская.

Прекрасный принц с платиновыми волосами и глазами серо-серебристого оттенка, в белоснежном мундире, украшенном синим королевским сапфиром и коротким оттененным синим плащом и его прекрасная принцесса с платиновыми волосами, белоснежной кожей, ярко розовой помадой на нежных губах, и глазами почти прозрачного светло-голубого оттенка, в синем платье, украшенном сапфирами, серебряной вышивкой и золотыми вставками — они оба смотрелись великолепно. Величественно, элегантно, изысканно и великолепно.

А их экипаж мог затмить любой из прибывших сегодня на соборную площадь.

Любой, но не карету принцессы АделианНы.

— Почему мне кажется, что ты сейчас улыбаешься? — чуть отогнувшись назад, спросил Каенар.

— Потому что вам лишь кажется, — я в своей маске была уверена абсолютно.

И тут взгляд Эльтериана, пробежавшись по присутствующим, остановился на мне. Едва ли я могла постигнуть, что столь выдающегося увидел принц, но Эльериан замер, пристально глядя на меня, и словно забыв о спутнице, что в этот миг спускалась по ступеням экипажа. И руку Эльтериан подал, но опустил запоздало, так и не оглянувшись на исполненную торжества момента Си-си. Но ее торжество померкло в мгновение. В то мгновение, когда всем стало ясно — принц Эльтериан не сводит взгляда с личного секретаря своего старшего брата, застыв как истукан. И лишь Каенар, сделавший полшага вперед, и закрывший меня от взгляда принца, остановил это безумие.

В остальном все прошло без эксцессов — принц и леди Сибилла Сарская величественно поднялись по ступеням и встали по левую руку от императора, на шаг дальше, чем кронпринц, находящийся на одном уровне с отцом. Я, как личный секретарь и представитель рода Риддан, так же стояла на шаг позади Каенара, но не долго.

Взгляд наследника престола брошенный на меня через плечо, и кронпринц демонстративно сделал шаг назад, перекрывая линию обзора младшему принцу.

— Брат, вы нарушаете этикет, — с нескрываемой насмешкой произнес Эльтериан.

Несомненно, все присутствующие, прекрасно это понимали. И даже император позволил себе тихое, и исполненное гнева:

— Каенар.

И Каенар, проявляя неоспоримую сыновнюю почтительность, возвращается на положенное ему по статусу место, вот только в последний момент, его пальцы сжимаются на моем запястье, и этот шаг я была вынуждена сделать вслед за ним.

И теперь перед всей столицей, всей знатью, всем народом Небесного Города стояли трое — император, Надежда империи и скромный личный секретарь, предпринимающий тщетные попытки отойти назад.

— Ммм… может, хотя бы ее руку отпустишь? — невозмутимо и едва слышно поинтересовался император.

Сильные пальцы соскользнули по моему запястью вниз и сжали ладонь.

— Оригинально, — констатировал монарх империи Аркалад.

— Меня все устраивает, — столь же невозмутимо сообщил кронпринц, сплетая наши пальцы.

И тепло его ладони, я ощущала даже через кружево перчаток. Но все попытки вырваться были тщетны и прекращены одним ледяным:

— Не дергайся.

Что ж, дергаться у всех на глазах, действительно не стоило.