– Здравия желаю, – также традиционно ответил Худзинский.

– Ну, как там твоё дело?

На этот вопрос Эльдар не мог ответить, а врать совсем ни к чему.

– Понимаешь, у меня проблемы. Как решу, позвоню.

– Если нужно, проси, помогу. Как там девочка?

Манера Хана делать многозначительные паузы между предложениями раздражала Эльдара, но он никогда бы не позволил себе упрекнуть в этом собеседника.

– Да нет, пустяки, справлюсь. Ну, давай.

– Салют.

Эльдар сел в такси обратно и велел водителю трогаться. Видимо, неприятности только впереди. Подтверждение Худзинский получил очень скоро: велев таксисту свернуть в переулок, он увидел свою «Ауди», спокойно стоящую у тротуара. Расплатившись, Эльдар отпустил такси, подошёл к машине и обнаружил её запертой. Первая логичная мысль – Марина прочитала сообщение, нашла ключ, заперла машину, но почему-то не уехала на ней. И куда же тогда она делась с винтовкой на руках? А если она всё-таки бросила оружие?

Мысли Эльдара мрачнели. Не обнаружив на машине никаких следов повреждений, Худзинский направился пешком до кафе-бара «Пуси-пуси».

В девять часов утра уже ничто не напоминало о том, что ночью стреляли. Человек в дорогом чёрном костюме и галстуке занимал пост у входа, но это был уже другой, не ночной, швейцар-охранник. Расспрашивать слугу Эльдар не стал, и спокойно пройдя мимо него, поискал глазами служебную дверь. Второй охранник возник перед ним как из-под земли, и Эльдар сунул ему визитку:

– Доложи обо мне хозяину.

Охранник обратил внимание на дорогой костюм от Гуччи, на галстук от Нина Ричи, на часы от «Свотч». «Директор продюсерского центра «Мега-стар» – было написано золотым по салатному на визитке. Через двадцать секунд седой и серьёзный человек по имени Джавах отвечал на вопросы Худзинского и угощал его дагестанским коньяком.

– Мой друг Виталий Ионов должен был приехать сюда. Сейчас его телефоны молчат, и я хочу узнать, почему.

– Я хорошо знаю Витальку. У него клуб, у меня тут ресторан… Сегодня ночью в него стреляли, у меня на пороге.

– Как это? Что значит стреляли? – постарался удивиться Эльдар.

– Я ничего не знаю. Я даже не знал, что он приедет ко мне. Видимо, снайпер сидел на крыше дома напротив, и стрелял, когда Виталька вылез из машины…

– Поймали? – упавшим голосом спросил Худзинский.

– Сбежал. Говорят, сбежал, – уточнил хозяин. – Витальку увезла «скорая».

– Живой? Он живой? – ничего не понял Эльдар.

– Был, когда грузили. Жилетка спасла. А как там дальше – не знаю.

– А что ещё говорят? Я видел его вчера утром, он совсем не собирался умирать.

– У-у-у… – потянул Джавах, – так он твой друг побольше моего будет. А говорят много чего, а хочешь моё мнение узнать, сейчас узнаешь, – он опрокинул рюмку в рот, – Виталька политический бордель открыл? Открыл. А мог бы оставаться в своём говёном «Прометее». А ему мало. Жадность…

Не попрощавшись, Худзинский вышел из кабинета, а затем на улицу, вдохнув бензиновый воздух. Сделав ленивый жест проезжающей мимо машине, он достал платок и вытер капельки пота со лба. Всё уже объяснялось, но очень отвратительно. Выходит, Марина пальнула в Ионова и сбежала. Зачем? Скорее всего, кто-то ей заплатил больше. Что дальше? Об этом лучше не думать.

План на ближайшие три часа был прост. Взять дома запасные ключи от своей машины, вернуться к ней и доехать до квартиры Марины. У него с недавних пор появился беспрепятственный доступ туда, и Марина об этом прекрасно знает.

* * *

Дачный домик и шестисоточный участок в Орехово-зуевском районе принадлежали родному брату матери, проще говоря, дяде Толи Ушанова. Родня собиралась совмещать свои отпуски и всем скопом ехать сюда в июле, а пока посещала дачу по выходным. Толя иногда поддерживал родственников, но как только стал независим от «колёс» дяди и расписания электричек-автобусов, старался выбираться за город почаще. Цели Толи были простыми: взять приятелей, девчонок, пива и устроить шашлыки со всеми удобствами и пикантными последствиями. Но сегодня он мчался на дачу с совсем другими задачами и «девчонками», хотя мать наверняка решит, что он опять уехал веселиться.

Толя подумал, что ему продали ударное снотворное, хотя на самом деле, Альбина и Марина просто не выспались. К полудню, не превышая скорости и не выпендриваясь на дороге, Толя довёз свой драгоценный груз до места его будущего заточения. Посчитав, что второй этаж – это слишком жирно, чтобы заносить туда два тела, Толя уложил их в комнате на первом, предварительно проведя в ней тщательную ревизию. Киллершу он сгрузил на диванчик, а её подружку свернул калачиком в кресле-кровати. Притащив с кухни стол и стул, Толя не теряя времени, занялся изучением украденных вещей. Во-первых, он вскрыл с помощью ножа футляр – не хватало ещё, чтобы он похитил праздно шатающуюся студентку консерватории! Но нет: перед ним была винтовка, глушитель и оптический прицел. Толя не стал её трогать и, аккуратно закрыв футляр, отнёс его на второй этаж и сунул за сундук. Пошарив по карманам киллерши, Толя извлёк связку ключей с брелком-фонариком, несколько смятых сторублёвок, початую упаковку «Стиморола» и незатейливые часики без ремешка. Ровным счётом ничего стоящего! Чертыхнувшись, Толя распотрошил подружку и её тару. Улов оказался куда богаче! Самыми крупными находками были: паспорт, студбилет, зачётка, читательский и пропуск на одно и то же имя – Мясоедовой Альбины Леонидовны; тетрадь в клетку с корявой надписью «Практика» и техническим содержимым; пенал с обалденным набором всего, как у первоклассника; методичка «Системы автоматизированного проектирования»; плейер «Панасоник» плюс три кассеты: Диаманда Галас, «Аквариум» и Наташа Королёва Ну, и прочие женские мелочи, а главное – ничего уголовно наказуемого! Толя был разочарован. Альбина никак не тянула на сообщницу, а вот на подругу – очень даже. Вряд ли студентка в курсе, чем зарабатывает на жизнь эта… как зовут киллершу, Толя пока не знал. Хотя, всё это предварительные выводы, а основные можно делать после допроса. Толя нашёл нашатырный спирт и только сейчас ощутил, что голоден, как самый что ни на есть волчище!

Свежих продуктов естественно не было, и Толя сварил на электроплитке вермишель, а затем с удовольствием умял её со свиной тушёнкой. После чего занялся видеокамерой: подключил к сети, вставил чистую кассету и разместил на столе, подложив для высоты несколько книг. Напротив камеры Толя поставил табурет. Всё для допроса было готово, и начать он решил с Альбины: во-первых, о ней он что-то знает, а во-вторых, она наверняка расскажет про подругу, и к главному допросу Толя подойдёт во всеоружии.