— А где именно вы держите деловые бумаги?

— В кабинете, в письменном столе, — чуть пожал плечами богемский король. — Особенно важные хранятся в моей личной шкатулке. Даже у супруги нет к ней ключа.

— Если вы носите его на шее, то, пока вы спите, им может воспользоваться любой, — напомнил Лис.

— О нет, сэр, я держу его в специальном кармане.

— Где именно?

— В таком маленьком карманчике моих кальсон, так что… туда даже моя жена не рискнёт сунуть руку, — с некоторой гордостью в голосе ответил монарх.

Мой учитель страдальчески возвёл глаза вверх.

Я, честно говоря, мало что понял. Однако, если бы мне требовалось достать у кого-нибудь ключ из такого интимного места, как кальсоны… э-э… я бы наверняка провалил задание.

Это же не сейф динамитом взорвать, верно? С сейфом-то куда проще, а вот по ночи, заткнув нос, тихонечко лезть к взрослому спящему мужчине в штаны… фу-фу-фу! На минуточку я даже мысленно улыбнулся Вильгельму Тесноглидеку, словно бы одобряя его предусмотрительность.

— Что скажете, сэр? — тихо спросил я, пока его величество возился с ключом.

— Как говорит твой кумир, дело на две трубки.

— Но вы же не любите Холмса?

— С чего бы? Я даже считаю его бессмертным, — строго фыркнул месье Ренар. — Ну, в том смысле, что тот, кто не рождался, никогда не умрёт. Логично ведь?

Мне опять не пришёл в голову достойный ответ. Вроде бы мой учитель вполне себе и уважительно отозвался о литературных трудах доктора сэра Конан Дойла, но…

Было в его словах что-то двусмысленное, лисье, во что, по крайней мере, я не мог верить безоговорочно. Надеюсь уточнить у него в следующий раз.

— Заходите, джентльмены! — Его величество распахнул дверь кабинета. — Прошу вас.

Кабинет представлял собой небольшую комнату с занавешенными окнами, чёрный сейф в углу, шкатулка — набитая документами, в основном чеки и закладные. Вроде всё.

Ах нет, нам таки продемонстрировали снятие штанов с непростым извлечением ключа…

— Похоже, сэр, что достать его может лишь владелец, — отводя глаза, подтвердил я.

Мой учитель кивнул, хотя ни малейших следов смущения на его лице видно не было. Ну, он же лис…

— А где ваша дражайшая супруга?

— Аннет, я полагаю, уже в спальне. Она рано ложится и рано встаёт, австрийское воспитание, причём в её привычках посвящать молитвам примерно час перед сном.

— Ваше величество, — месье Ренар вдруг повёл носом, и его уши встали торчком, — вам не слышны отсюда сдавленные стоны? Быть может, нам всё-таки стоит подняться на второй этаж?

Король побледнел и первым бросился по лестнице. Мы кинулись следом.

Лестница была довольно узкой, идти приходилось гуськом, и Вильгельм Тесноглидек, выровняв дыхание, деликатно постучал в дверь.

Тишина.

Он постучал ещё раз.

— Я есть вся молиться, мин херц! — раздалось изнутри комнаты.

— Дорогая, будь так любезна, впусти меня.

— Найн, я не есть одета, неглиже.

— Но я твой супруг, рыбка моя, мне можно. — Король уже начал потихонечку багроветь. — Что ты там делаешь?

— Судя по грохоту передвигаемой мебели, ваша венценосная супруга имеет от вас маленькие женские тайны, — крайне деликатно заметил мой наставник.

— Аннет, или ты сию же минуту откроешь своему мужу и королю, или я, ко всем пражским чертям, вышибу эту проклятую дверь ногой!

— Найн, нет, такой позор перед слуг. Что они подумать?!

— Я их всех уволю-у! — прорычал могучий Тесноглидек, сдвинув корону набекрень.

— Ты не есть один справиться с дверь, она твёрдый! — довольно печально прозвучало в ответ.

— Я не один. Прошу вас, джентльмены!

Мы не могли отказать королю самой Богемии, поэтому дружно в три плеча одним массированным мужским ударом вынесли далеко не слабенькую дверь вместе с косяками.

В смысле с нашими «косяками». Дверь рухнула на пол, мы на дверь, а стоя на кровати, на нас смотрела весьма дородная австрийская фройляйн с несколько лошадиными чертами лица. Её величество была одета в плотный пеньюар, плечи укрывала расписная павловопосадская шаль, а взор был полон скрытого негодования.

— Вильгельм, кто есть эти херры?

— …?! Нам послышалось или… — обалдели мы с Лисом.

— Дорогая, позволь представить тебе месье Ренара, о котором ты, быть может, слышала как о месье Ренье, — прямо с пола начал нас знакомить его величество. — А также юного Майкла Эдмунда Алистера Кроули, его помощника и секретаря. Оба этих достойных джентльмена оказывают помощь Скотленд-Ярду и… и…

Под выжидательным взглядом супруги король на минуточку запнулся. Не мог же он сказать, что привлёк нас с целью отыскать договор, скреплённый поцелуем правительницы Великобритании?