Я был молод, безобразно холост, и всё, чего хотелось — получить от жизни как можно больше эмоций.

Очередной отпуск должен быть запомниться шумными попойками с такими же «не семейными» бандитами, бесконечным куражом и адреналином.

Но в тот вечер неожиданно в фокусе оказалась рыжеволосая красотка с ногами от ушей. Она не спеша потягивала коктейль у бара, а я жадно поедал ее глазами.

Спроси меня тогда, во что была одета незнакомка, и я бы не раздумывая ответил:

— В бархат кожи, бронзовой от загара. В улыбку, трогающую только краешек губ. В тонкие щиколотки, изящно скрещенные, в румянец на щеках… И в чертово влечение, которое заякорило меня на ней.

Юлька бы потом обязательно поправила, что на ней было короткое золотое платье и босоножки на умопомрачительных шпильках. Последние так натерли ей ноги, что она боялась покинуть «насест» у бара.

Слишком броская, яркая.

Она не могла не привлечь внимание. Золотая рыбка в окружении унылых карасей, чудом попавшая в этот садок.

С завидной регулярностью бармен передавал ей «комплименты» от воздыхателей.

Она легко отшивала всех яйценосцев одним лишь взглядом, не притрагивалась к подарочному пойлу, а в ее взгляде всё больше проскальзывало раздражение.

Тогда-то я и решился. Я будто уловил ее желание сбежать ото всех. Осталось только поймать эту рыбку себе.

Когда я подошел и предложил выкупить у нее все лишние коктейли, ровным рядком выстроенные на стойке, девушка не послала меня нахер взглядом, а спокойно озвучила цену. Хитрая бестия. Сто кусков за третьесортное разбавленное пойло — это сильно.

Я же в обмен пообещал одним легким движением руки избавить ее от назойливых и местами пьяных отдыхающих.

Нестандартные схемы — мой конек. Грамотно подвешенный язык и не сортирный юмор, и красавица не устояла.

Я унес ее на руках под улюлюканье и завистливый свист парней. И в награду получил поцелуй и имя. Юлия. Моя Юлька.

Мы провели в Мексике две жарких недели, а потом оба поняли, что не сможем расстаться на «большой земле». Полгода красивых ухаживаний, и моя огненная красавица засыпает рядом с обручалкой на безымянном пальчике.

Год семейной идиллии, а дальше начался кромешный ад. В мою жену будто демон вселился. Ревность, скандалы, неуступчивость в конфликтах, и наш брак начал трещать по швам. Я не хотел говорить, а она не хотела слушать. И после двух лет агонии наступил окончательный разрыв.

Я сильно накосячил, попался на двусмысленной ситуации, но отказал своей жене в объяснениях. Я мудак. Я знаю. Она заслуживала честного разговора. Но к тому моменту от доверия остались одни лишь воспоминания.

Мы где-то свернули не туда, и наш брак попал в ДТП с летальным исходом.

А дальше… Ступор, пустота в голове. Недолгие сборы и переезд в Москву. Через месяц два свидетельства, и бесконечная тупая боль за грудиной. Ведь всё могло быть по-другому…

Но это всё в прошлом.

А в настоящем я шагаю вдоль набережной. Впервые за долгое время просто иду без цели, с кипящей от мыслей головой. И главным вопросом — зачем?

Зачем этот жест доброй воли — попытаться построить диалог, — если все три года она меня знать не хотела?

Ветер с реки пробирает до дрожи. Плевать. Ледяная королева проморозила сегодня своим взглядом до самых печенок.

Даже не знаю, чего там было больше: гадливости или отвращения? Настолько неприятен?

Мысль царапает. Может ли человек ненавидеть так сильно, что даже спустя время эта ненависть не ослабевает, не становится «тише», терпимее или вовсе сходит на нет?

Юля сегодня мне доказала, что еще как может.

А ведь это только начало, дорогая…

Сам не заметил, как дошел до квартала развлекательных заведений. Разноцветные огни манят, а у меня сегодня нет сил возвращаться в отель одному, хотя мать отдала связку ключей от квартиры. «Нашей» когда-то с Юлей.

Быстро просматриваю список контактов. Долго дозваниваюсь. Ткаченко трубку берет только с четвертой попытки. Громкие басы перекрывают заплетающийся голос.

Где еще может проводить досуг мой бывший одногруппник и главный тусовщик города, как не в клубе.

— Соболь?! Чел, да я тебя сто лет не слышал… не поверишь…детка, погоди…Чувак, не поверишь… вот только тебя вспоминал. Пропал там в своей Москве, а в наши края ни ногой, да?..

— Да я уже тут, у вас…

— «У вас». Звучит-то как, по-московски! Давай тогда, подруливай к нам в Эйфорию. Черт, чувак, тут такие телки. Сооооок! А дороги, ммм, закачаешься… Отказа не принимаю! Предупрежу на входе, шагай сразу на второй…