Она выдержала паузу, в течение которой Бочкин успел побагроветь.

– … глядя на вас, я уже сомневаюсь… Кстати, меня зовут Марго.

– Очень приятно, - криво усмехнулся Петр, - Так что вас ко мне привело? Вы хотите, чтобы я сделал пару, так сказать… изобличающих снимков вашего мужа?

Дама снова посмотрела на него строго и отчеканила:

– Во-первых, я не пошла бы на такое унижение, даже если бы застала своего мужа с пятью женщинами в собственной спальне. Это не в моих правилах. Во-вторых, мой муж никогда не захотел бы мне изменять. И, наконец, в-третьих, я не имела глупости выйти замуж.

– Тогда чем же я могу быть вам полезен? – Петр почувствовал, как виски его сдавила неприятная судорога. И захотелось поскорее избавиться от визитерши.

– На вашей визитке написано «любые расследования в сжатые сроки».

– Написано…

Она вздохнула и проговорила уже с грустью в голосе:

– Пропала картина.

– Что?! – Бочкин едва удержался, чтобы не подпрыгнуть на стуле.

– Послушайте, - возмутилась блондинка, - У меня складывается ощущение, что вы способны лишь выслеживать неверных мужей. А это не так-то трудно.

«Конечно! Пустяковое дело!» - Озлобленно подумал детектив и потрогал разбитую скулу.

– Ну, так что? – требовательно вопросила дама, - Вам интересно это дело и три тысячи долларов?

– Ох! – Бочкин не смог сдержаться и все-таки подпрыгнул на стуле.

– Так-то лучше, - усмехнулась она.

– А что? Что это за картина? Какая-то фамильная реликвия?

– Нет, это картина одного модного сейчас художника, которую он собирался продать бразильской галерее в качестве гуманитарной помощи.

– Как это? – тут уж округлил глаза Бочкин.

– Ну, что за глупый вопрос! – она вздохнула, - Бразилия, бедная африканская страна, угнетаемая кем-то там, кажется Штатами. И пусть в этом захолустье будет хоть один маячок прекрасного. Не находите, что это великая миссия?

– А вы уверены, что Бразилия – бедная, именно африканская страна, где нет никаких художественных ценностей?

– Не знаю, там я еще не была. Но по заверениям своего окружения и художника дела там обстоят совсем плохо.

– Вас обманули. Бразилия – процветающая страна, у которой самые высокие показатели по темпам экономического роста на южноамериканском континенте.

– Что вы говорите? – искренне удивилась она, но потом отмахнулась, - Однако дело не в Бразилии, а в картине. Ее похитили, и я хочу ее найти. А уж потом решу, стоит ее посылать в галерею Браззавиля или найти ей другое применение.

– При чем тут галерея Браззавиля? – опешил Петр.

– Потому что Браззавиль – это столица Бразилии. Это же понятно!

И тут на Бочкина снизошло озарение. Он посмотрел на красотку, вторгнувшуюся в его кабинет новыми глазами. Перед ним сидела настоящая, стопроцентная блондинка! Ему стало все ясно. Он вздохнул, постарался выкинуть из головы все анекдоты про этих особ, которые где-то в глубине души считал жизненными историями и вежливо пояснил:

– Столица Бразилии – Бразилиа, а Браззавиль – это в Конго. Конго – африканское государство.

– Вы уверены? – усомнилась она, и тут же возмущенно воскликнула, - Что за глупость называть свою столицу в честь страны, находящейся в другой части земного шара. Сразу видно, что в этом Конго живут недалекие люди.

– Конго – действительно небогатая страна. У них не хватает средств на образование населения, - усмехнулся детектив.

– Тогда понятно. Но сейчас меня больше интересует картина.

Петр вдруг осознал, что день у него выдался не из легких. Дамочку просто так из кабинета не выпрешь. Поэтому он постарался взять себя в руки и спросил:

– Ну, хорошо. Что это за картина? Что на ней изображено.

– Ах, ну, это самое простое.

Она закинула ногу на ногу, картинно откинулась на спинку стула, переложила собачку с левой руки на правую и замерла, горделиво вскинув голову.

Повисла пауза.

– И что, долго мне так сидеть? – некоторое время спустя поинтересовалась она, - Или может быть вы сфотографируете?

– З-зачем? – не понял детектив.

– Вы что получали образование в Конго? Я уже несколько минут показываю вам, что, вернее, кто изображен на картине, скопировав позу. Свет, конечно, не тот. Но костюм этот.

– А… - догадался, наконец, Петр, - тогда отомрите. Это изображение я уже никогда не забуду.

– Да, картина двусторонняя. Это значит, с одной стороны я изображена спереди, а с другой, соответственно, с обратной точки видения, понимаете?