– А чем ещё его кормить? У него всего один зуб. Чем ему жевать?

На несколько секунд я опешила. Машинально посмотрела на мужскую руку и не увидела там обручального кольца. Либо он отец-одиночка, либо один из современных «модников», которые рожают ребенка, не женившись, исключительно ради контента.

– Понятно, - вздохнула я. Обернувшись, пробежалась по полкам с баночками пюре взглядом и взяла две – брокколи и кабачок. – Вот. Начните с этих. На баночке написано, как начинать прикорм. И не бойтесь, это не забава для хомячка. Просто ваш сын, действительно, может уже не наедаться одной смесью. Добавляйте прикорм и постепенно отказывайтесь от смеси. Ну, и по возможности, варите молочные каши.

– А если он подавится этим? – спросил мужчина, в руках которого баночки с пюре казались совсем крошечными.

– Не подавится. Это пюре почти жидкое, но вы, всё равно, следите, чтобы в возможной спешке ребенок не подавился.

– Так, а…

– Ложечки и детские тарелочки находятся с той стороны стеллажа, - произнесла я, поняв, что он хотел узнать.

– Понял. Спасибо, - кивнул мужчина и теперь начал хмуро читать то, что было написано на баночке с пюре.

Подмигнув улыбчивому мальчику, я помогла дочке развернуть корзину, и мы двинулись к кассе. Стоя в очереди, я увидела, как к в соседнюю очередь влился мужчина с сыном, на этот раз, держа его на руках.

Он острым взглядом отслеживал, как двигалась очередь, что-то бормотал мальчишке и умудрялся при этом что-то печатать в телефоне. А еще в совершенстве игнорировал всех дамочек, что улыбались и умилялись молодому папаше.

Парадокс и несправедливость природы налицо: мужчине с ребенком женщины улыбаются и восхищаются, но женщину с ребенком мужчины сторонятся. Большинство женщин с лёгкостью могут принять чужого ребенка, но у мужчин всё с точностью до наоборот.

И как в таких условиях мне, матери-одиночке, найти своё женское счастье?

Глава 2. Никита

Вернувшись из магазина, я первым делом отдал сына своему младшему брату.

– Раздень, - бросил я коротко, а сам пошёл на кухню, где, разобрав пакеты с продуктами, сразу помыл детскую тарелку с динозавриком и ложечку с ним же.

– Что там наша яжмамка придумала? – протяжно подпевая, брат вошёл в кухню с моим сыном на руках и с любопытством следил за моими действиями. – Что это за фигня?

– Пюре из брокколи, - ответил я, не поднимая взгляда. В очередной раз прочитал на баночке, как правильно начинать прикорм. Но сначала баночка требовала провести колдовские действия с термознаком на ней.

Нагрев пюре прямо в банке, согласно инструкции, я открутил крышку, и мы с братом переглянулись, явно пытаясь понять, показалось ли нам.

– То, что у Стасяна не взлезло в подгуз, ты, типа, в банку собрал? – с явным отвращением косился братишка на банку, источающую специфический «аромат».

– «Первая ложка», - показал я брату надпись на банке. – Чтобы киндер сразу на вкус понял, что жизнь далеко не сахар.

– Не, - тряхнул головой Даня и посадил Стаса в стульчик для кормления. – Я в этом участвовать не буду. Малой, по-моему, и на смеси прекрасно жил.

– Конечно, для тебя-то он прекрасно жил, потому что ты ночами дрыхнешь, а не носишься с ним из комнаты в кухню, чтобы намутить эту смесь.

– Мы сейчас реально опять закусимся как молодожёны? – вскинул братец брови. – Не боишься, что я заставлю тебе плакать в ванной?

– Иди в задницу, - хохотнул я, отвесив младшему слабый подзатыльник. Взял детскую тарелку и ложечку, дал сыну, а тот с любопытством начал разглядывать новые для него вещи и пробовать их на зуб. – Нравится?

Малой что-то неясно гугукнул, а я тем временем поставил перед ним тарелку и положил в её центр ложечку пюре.

– Как дрисня кошачья, - комментировал Даня за спиной. – Что на запах, что на цвет…

– Ну, не зря же это называется прикормом, - повёл я бровями и немного отодвинул от сына тарелку, так как он норовил залезть в «дрисню» из брокколи пальцами. На самый кончик детской ложечки и подцепил пюре и поднёс ко рту сына. – Ну, давай, Стасян, заценим, что нам посоветовала рыжая мамочка.

– Рыжая мамочка? Ты подцепил какую-то рыжую милфу? – включился тут же Даня.

– Ты, кажется, хотел свалить.

– А теперь хочу посмотреть, как малой выплюнет зелено-коричневую жижу. Если не подавится, конечно…

Я молча вздохнул, едва сдерживаясь от закатывания глаз. Полностью сосредоточив внимание на сыне, следил за тем, как он неумело обхватил ложку губами и слегка завис, очевидно, почувствовав новый вкус на языке.

– Ну, что? – спросил я у сына, который начал смаковать новый вкус, перекатывая во рту язык и роняя слюни. А затем его маленькая ручка потянулась к ложечке в моей руке.

– Зырь! Ему понравилось, походу! – прыснул Даня удивленно и даже поближе подошёл.