Он еще задавал вопросы, Люля отвечала как замороженная, Влад ничего толком не мог рассказать.

Ясно было одно: Владилену Филиппову зачем-то внушали, что он Владислав Филипченко. Причем так успешно, что даже Люля приняла его за своего погибшего мужа. Зачем?!!

Кис пока не мог найти ответ на этот вопрос. Но зато он уже знал, кто это сделал.

Утром следующего дня Алексей поехал в клинику пластической хирургии. На вопрос о фотографиях, по которым восстанавливали лицо пострадавшего в автокатастрофе Влада Филиппова, хирург заявил, что показать он их не сможет: сведения о пациентах и их медицинские досье являются тайной. Что же до фотографий, то их, конечно же, принесли коллеги по работе. Но Алексей, подкованный разговором со специалистом по восстановлению портретов post mortem, невинно поинтересовался:

– А как же строение черепа? – Кис вытащил старый снимок Влада Филиппова. – А лепка лица? Вот эти залысины на лбу? И скулы, смотрите, – у того, кого вы оперировали, они чуть выше, чем у того, чьи фотографии вам принесли! И форма ушей! Неужто вы, профессионал, этого не заметили?

Хирург растерялся.

– Что вы хотите этим сказать? – неприязненно спросил он.

– Вам принесли фотографии другого человека. Вот этого. – Кис достал на этот раз снимок Владика Филипченко. – А вы этого не заметили.

Хирург молчал, соображая. Наконец он произнес с нажимом:

– Мне были представлены фотографии вот этого мужчины, – хирург указал на фото Владилена. – А этого я никогда не видел, – небрежно кивнул он на Владика.

– Отчего же тогда ваш пациент лицом вышел похож не на себя, а на своего друга?

– Мы сделали что могли! – раздраженно воскликнул хирург. – Что могли! Там было не лицо, а кровавое месиво! И уж на кого он там получился похож, меня не колышет. Я старался приблизить его лицо к оригиналу, так сказать!

Да, это Кис дал маху. Конечно же, в медицинском досье лежит фотография Владилена Филиппова – дураков нет следы оставлять. А на странное сходство с чужим лицом хирург будет теперь только руками разводить: так получилось! Сделал все, что мог!

– Вы плохой хирург, да? – нагло спросил детектив.

И, довольный произведенным впечатлением, добавил:

– Раз у вас были «родные» фотографии, а вы при этом сделали человеку «неродное» лицо, так вас надо гнать из профессии. Я так думаю.

С этими словами детектив повернулся и ушел, чувствуя, как его спину жег взгляд, полный ненависти и страха.

Теперь Кис был уверен: хирургу дали фотографии Владика Филипченко, и он не заметил разницы. Да, они изначально были чем-то схожи, оба Влада, – люди одной расы, одной породы. Но хирург, знающий каждую лицевую мышцу наизусть, не мог не усмотреть различий.

Он их не усмотрел за деньги.

Да уж, не каждый профессионал работает красиво.

…Кофе на месте (справа), пепельница тоже (слева), ноги Кис вытянул на кресло для посетителей. Он любил свой кабинет, свое рабочее место: тут хорошо размышлялось, работалось и просто жилось.

Он с наслаждением откинулся на спинку большого старого кожаного кресла, прикурил сигарету.

Итак, за всей этой мистификацией стоят коллеги. Значит, они через эту фирму или в ином месте, но непременно имеют доступ к источнику больших денег. И Влада зачем-то переместили в диспозиции у источника. Подменили им уже погибшего Владика.

В чем же суть перемещения? Им нужно было зачем-то «воскресить» Владика? Или, напротив, убрать Владилена, директора, с той позиции, которую он занимал? И навязать ему мысль о том, что он – не он, что у него раздвоение личности… Ему подсунули только чужое имя и отчество, но фамилию оставили «родную» – почему?

Стоп, стоп, стоп! Ведь Владилен упоминал, что доступ к компьютеру идет через идентификацию ОТПЕЧАТКА ПАЛЬЦА! Так вот оно что…

Отпечаток у Влада все тот же. И вот тут, вот туточки собака-то и зарыта! Им страшно, позарез нужен этот отпечаток! И дальше – дальше полный бред: Влад занимается сверкой каких-то файлов, ОТК, понимаешь… Как будто компьютер не может сравнить их сам! А бредятина эта придумана не случайно, для того придумана, чтобы Влад ввел свою ПОДПИСЬ!

Итак, Влад, не зная, что он самый главный в фирме, ее директор, по-прежнему ставит свою подпись, имеющую наверняка решающий голос! Подпись – вот почему фамилию ему не могли изменить! Она обязательно должна была остаться прежней!

Потому-то Влада не убивают, потому-то тратятся на весьма дорогостоящие акции по устранению людей вокруг него… Потому что его отпечаток и подпись имеют прямое отношение к денежному источнику!!! Без него источник каким-то образом перекроется! И Влад, живой и здоровый, им дорог во всех смыслах.