Я устроилась на ночевку возле большого камня, который укрывал меня от ветра. Собаки улеглись спать прямо на снегу вокруг меня.

Утром я приготовила себе ароматный кофе, покормила Дона и его команду, и мы отправились в путь. По дороге нам встретилась стайка песцов, видимо мы проезжали неподалеку от их нор. Дон не обратил на зверьков никакого внимания, но несколько молодых хасок выявили желание поохотиться. Пришлось применить меры, чтобы построить их и мои сани вновь заскользили вперед.

В середине дня я увидела белого медведя. Он бродил в нескольких километрах левее и, заметив меня с собаками, принял верное решение ретироваться. Я знала, что медведь может выслеживать нас, инапасть, когда собаки устанут, поэтому теперь я периодически внимательно осматривала снежные поля. Чем дальше от берегов Гренландии мы уходили, тем меньше становилось птиц на небе. В этот день до обеда мы преодолели около тридцати километров и еще около двадцати до темноты.

Погода начинала портиться, на небе появились перистые облака. На следующее утро я проснулась от того, что мое лицо засыпало снегом. Собаки выглядели как снежные холмики. Им, скорее всего, это не причиняло неудобств. Ветер и метель крепчали с каждым часом. Видимость была уже всего метров пять. Мы продвинулись на двадцать километров, после чего пришлось остановиться, потому что сильные порывы ветра могли перевернуть сани вместе со мной. Я порубила лопатой жесткий надутый снег на кирпичи и выложила из них стенку высотой около полутора метров буквой “Г”, которая весьма неплохо укрывала меня и собак от ветра. Откуда-то доносился вой полярных волков, а может быть, это был всего лишь ветер.

Постелив коврик и закутавшись в пуховый спальный мешок, я достала GPS. Красной линией на карте был отмечен преодоленный путь. За три дня пути мы прошли всего восемьдесят километров. Если погода не наладиться, я рисковала застрять здесь надолго. Но уже утром небо очистилось от облаков, ярко светило солнце и ничто не мешало продолжить путь к Марлину.

В следующие два дня мы преодолели по восемьдесят километров в день. Это было настоящим прорывом. Собакам было легко бежать, потому что путь наш пролегал по ровному снежному полю. Уже виднелось вдали начало большой пологой горы, вершина которой и была моей целью. Я взглянула на карту, оставалось около семидесяти километров.

Вдруг собаки стали нервничать, я осмотрелась, но не увидела никакой опасности. Дон волновался и рычал. Остальные собаки крутились и подвывали, запутывая сами себя в упряжке. Я проверила, заряжен ли мой обрез и стала успокаивать и распутывать собак. Но тут, откуда ни возьмись, появился белый медведь. Он встал на задние ноги и страшно зарычал. Скорее всего, это был тот самый медведь, которого я видела несколько дней назад, видимо он шел за нами все это время, потому что в такой дали от моря, кормильца медведей, они были большой редкостью. Я выстрелила в воздух, что бы напугать зверя, но это наоборот разозлило его еще больше, и он бросился к моим собакам. Я прицелилась и выстрелила один раз. Медведь снова поднялся на задние ноги, взревел и упал замертво. Собаки еще долго волновались, но теперь уже от радости.

— Люк, мне пришлось подстрелитьмедведя, — грустно сказала я. — Пусть его заберут на вертолете.

— Хорошо, мы заберем его, когда прилетим за тобой. Ты ведь не хочешь преодолевать тот же путь в обратную сторону?

— Ты прав, это будет уже не интересно.

От Дэвида уже неделю не было вестей, я писала ему сообщения, но они оставались без ответа.

Я переночевала под горой, собаки устали на сегодняшнем многочасовом подходе. Я решила оставить их здесь и дальше отправиться пешком. Ранним утром еще до восхода солнца, я собрала в небольшой рюкзак все необходимые вещи, прикрепила лопату, ледовые молотки и веревку сбоку, надела на ботинки кошки и начала подъем. Умные собаки знали, что должны дожидаться меня на том месте, где я оставила их. Они свернулись в клубочки и спали.

Вначале подъема снег был глубоким, и я пожалела о том, не взяла снегоступы, но вскоре начался лед и кошки мне очень помогли. Солнце ярко светило, но не грело. Здесь, на севере, среди снега и льда побеждали холод и ветер. Сейчас, летом, температура ночью достигала минус двадцати, днем минус пятнадцати, мое лицо обветрилось и загорело.

К середине дня я одолела гору и теперь стояла на ее гладкой, обдутой ветрами, вершине. Что теперь?

— Кэри, чтоты нашла?

— Белую гору с белым снегом, — сказала я и воткнула ледоруб в лед. Вместо привычного звука, я услышала глухой протяжный «бом». — Хотя, похоже здесь что-то есть! — и я начала копать.

Работа продвигалась очень медленно с моей маленькой лопатой, но я и не собиралась раскапывать гору вручную. Мне нужно было как можно сильнее углубиться в лед, чтобы заложить С4. Сперва я крошила лед своими ледовыми молотками, а потом выгребала крошку лопатой. Когда глубина колодца достигла метра, я поставила десять минут на таймере заряда и аккуратно опустила его на дно. Десять минут я бежала от места взрыва, и когда он прогремел, над горой встал столб снежной пыли. Я дождалась, когда все уляжется и подошла к образовавшемуся котловану. Внутри не было ничего, кроме снега и льда. Я решила заложить еще один заряд и на этот раз помощнее. То, что я увидела после второго взрыва, очень меня обрадовало.

На дне огромной ямы валялись каменные плиты с рельефами. Значит, римский пророк был прав, и город действительно существовал. Удача сопутствовала мне. Я надеялась, что внутри горы будут полости и будет возможно спуститься в город. Пришлось потратить весь мой запас С4, но это стоило того и на этот раз из подо льда мне открылась верхушка башни, хотя и немного разрушенная моим взрывом. Я спустилась по стенкам оврага и посветила фонарем внутрь башни. К счастью, она не была заполнена льдом.

Я привязала веревку к камню и начала спускаться. Пришлось зажечь и бросить фальшфейер вниз, так как свет фонаря не добивал до дна. Фальшфейер пролетел около тридцати метров и упал на каменный пол. Он осветил часть зала и стены башни, испещренные рельефами. Я оглядывалась по сторонам, пока съезжала вниз по веревке. Здесь были в основном изображения морских жителей, каких-то фантастических рыб, хотя, возможно, они жили в океане когда-то очень давно. Внутри было гораздо теплее, чем снаружи. Я сняла куртку и шапку и оставила их возле веревки, чтобы забрать на обратном пути.