Стас прыснул от смеха.

– Паша, ты меня с кем-то путаешь. Жены у меня уже полгода как нет!

– Жены нет, но обязательства остались.

– Я не понял: ты что, пришел, чтобы воззвать к моей совести? Так она чиста! Мымре этой я деньги переводить не собираюсь. Пусть сама барахтается, как может, раз такая гордая и на развод подала!

– При чем здесь Женя?! У тебя дочка есть! Да и сумма там – копейки. Переведи, не позорься!

Стас приосанился. Пронзил меня ледяным взглядом. Дружелюбие, как ветром сдуло.

– Хм… Паш, ты не в свое дело не лезь. Женьку надо повоспитывать. У нас патриархат! А гордость свою знаешь, куда пусть засунет? Раз решила, что она такая сильная и независимая, пусть выкарабкивается!

Я покачал головой.

– Это не по-мужски, Стас. Или ты исправно переводишь ребенку алименты, или с завтрашнего дня ты тоже здесь больше не работаешь.

Кожевников побагровел. Задышал шумно, дернул галстук.

– Ты мне угрожаешь?! И все из-за этой мымры Женьки?! Мы ведь друзья. Или… уже нет?

– Мне противно дружить с человеком, который издевается над женщиной и ребенком. Не будешь платить алименты – вылетишь из кресла начальника в два счета!

Стас метнул в меня разъяренный взгляд и схватил со стола мобильник.

– Перевожу уже, перевожу! Доволен?! Сам сегодня сказал, что она невзрачная! – И сунул мне в лицо экран, на котором было видно перевод десяти тысяч рублей Евгении Кожевниковой.

Я угрюмо взглянул на него. И как я раньше не замечал его подлую натуру?! Такой в два счета подставит. А ведь Стаса я знаю давно, еще в школе дружили. Когда он успел так измениться? Неужели выигрыш в лотерею так на него повлиял? Или он всегда таким был, а я закрывал глаза на его недостатки?

– И не мымра она, ясно?! – Я толкнул его плечом. – Совесть имей, она – мать твоего ребенка!

– Знаешь, Паша, я думал, что мы с тобой друзья. Видимо, ошибся, – подбоченившись, буркнул Стас. – Что же, теперь и Милану вышвырнешь с работы?

– Еще раз застукаю на рабочем месте с такими непристойностями – уволю! Поверь, за мной не заржавеет! И трусы красные с люстры сними! – С этими словами я покинул его кабинет.

Евгении на рабочем месте я не обнаружил: Сбежала.

В груди вспыхнуло какое-то странное разочарование от того, что она ушла.

Забрав барсетку, я надел дубленку и тоже вышел из здания. Поймал себя на мысли, что ищу Женьку глазами на улице. Но нет, все тщетно.

Потеплело. Надо же, середина декабря, а у нас плюсовая температура! Я сел за руль своего нового внедорожника, хотел завести мотор, а потом вдруг понял, что ехать мне, кроме как в пустую новую квартиру, больше некуда. И одиноко как-то стало сразу, хоть волком вой! Днем хотя бы Женя рядом, пусть и рычит, но живая. И глаза у нее красивые, голубые, пусть она их и прячет за стеклами очков. А дома… дома меня поджидают панические атаки.

Ох, кажется, снова накатило!

Отпустив руль, я зажал уши руками, но это мало помогло. Перед глазами замелькали вспышки.

Мы бежим строем по узкой улочке. Бой идет в пятиэтажке, прямо в квартире.

«Приказ зачистить территорию».

«Пошел, пошел!»

У нас всего час на зачистку. Брат рядом, мы всегда работаем в паре.

Второй этаж, выбиваем двери, продвигаемся вперед. Работаем.

Здесь война. Кто первый попал, тот остался в живых.

Шумовая граната летит в выбитое окно. Шум, грохот.

«Серега, ты цел?» – Оглядываюсь на старшего брата с тревогой.

Он поправляет каску.

«Нормально, работаем».

Нас зажали в квартире, не вырваться.

Перестрелка, снова граната, теперь разрывная. Сергей с силой толкает меня в соседнюю комнату, принимает удар на себя. Кровь повсюду. Ползу к нему. Почему-то ничего не слышу. Совсем. Только звон в ушах.

– Серега! Вставай, слышишь? У мамы день рождения в субботу… – хриплю и трясу его за плечо. Но ранение смертельное. После такого не выживают.

Перед глазами мелькают яркие вспышки. В ушах шумит.

Зажимаю уши руками, но не помогает. «Дышать, дышать!» – приказываю себе, но пульс скачет со скоростью света, не давая нормально вдохнуть.

Защита границы – бывшее место моей постоянной дислокации. Военный спецназ, если короче. Специально обученная и хорошо экипированная армейская группировка, предназначенная для выполнения специальных задач с целью защиты интересов нашей страны.