Теперь я не косячила, как прежде, и свое всегда держала при себе, демонстрируя лишь толику того, что собираюсь сделать.

Но тем не менее Сергеев даже словом не обмолвился о том, что все кончено!

Под мой ошарашенный взгляд Юсупов свободно проходит к столу моего бывшего босса и отточенным, быстрым движением расстегивает пуговицу на пиджаке, вальяжно занимает кресло, в котором еще вчера сидел директор.

А я на него смотрю. На его широкие плечи в обрамлении кожаного дизайнерского кресла, его я сама выбирала и в нем мой низкорослый директор был едва заметен, а сама чувствую, что ситуация мчится с ужасающей скоростью в какую-то яму.

– Ты хотела поговорить с боссом?

Спрашивает вновь иронично миллиардер, и у меня по спине пот холодный проскальзывает, ощущаю, что сорочка прилипает, а Игнат добивает меня своими словами:

– Ну так я вас внимательно слушаю, Юлия Константиновна…

Дает понять, кто здесь хозяин положения, и я в упор смотрю на человека, который реально ворвался в мою жизнь и переворачивает все с ног на голову.

– Где Сергеев? – спрашиваю, пытаясь вернуть себе чистоту мысли.

– Этот вопрос уже не актуален, Юлия Константиновна, все документы оформлены, фирма выкуплена. По моей информации ваш бывший босс прикупил с семьей домик на Канарах и сейчас, скорее всего, отдыхает в море.

– Я надеюсь, он рыб в этом море не кормит? – спрашиваю со злостью, но мой выпад Игнат оставляет без ответа, а я понимаю, что все очень плохо.

– Ты будешь увольнять всех сотрудников?

Прищуривается. Чуть откидывается в кресле и, не мигая, смотрит на меня.

– Зависит от разных факторов, – отвечает уклончиво, – по факту эта компания имеет много недочетов и очень слаба в плане самобытности офисного организма. То есть хорошая фирма работает наподобие сплоченной системы, где каждый винтик выполняет свою функцию, и механизм начинает работать. Плохая фирма заточена под одного человека… Убери его – все рухнет.

И взгляд мне в глаза. Давящий. То есть то, что я стала ведущим специалистом, который вытягивает все в этой компании, для Юсупова является отрицательным фактором.

С каждым мгновением я понимаю, что мой бывший муж нацелен серьезно. Силы начинают покидать меня, и я, чтобы не свалиться, не прося разрешения, просто обхожу кресло и сажусь перед своим новым боссом.

Нас разделяет широкий стол, а мне кажется, что километры. Я замираю под его взглядом, а у самой на душе раздрай. Только все вспыхивает огнем от понимания, что я не намерена отдавать Юсупову то, что столько лет создавала!

– Продай мне эту фирму, – выговариваю неожиданно для себя.

Юсупов слегка приподнимает уголки губ и брови тоже. Смотрит на меня, явно ожидая, что я дальше скажу.

– Я готова отдать тебе весь трастовый фонд. Все до последней копейки. Я почти к нему не прикасалась.

Мой бывший муж слегка наклоняется вперед и буравит меня своими золотистыми глазами, а затем отвечает лаконично:

– Нет.

Коротко. Весомо. Уничтожающе.

Игнат Юсупов здесь не для того, чтобы облегчить мне жизнь. Прикрываю веки. Даю себе пару секунд на осознание. Ощущение, что у меня внутри полный штиль из чувств. Пустой звон. Конкретно сейчас все мысли, все ощущения отошли на второй план.

Внутри одна сплошная пустота и какое-то каменное спокойствие, которые вылезает на поверхность, когда я уточняю:

– Ты намерен уволить всех старых сотрудников?

Игнат наклоняет голову к плечу, останавливает на мне острый взгляд и как ни в чем не бывало выдает:

– Зависит от факторов, которые будут влиять на мое решение. Конкретно сейчас девяносто процентов сотрудников этого клоповника чисто объективно профнепригодны.

С силой сжимаю зубы, чтобы не заорать на этого высокомерного хама! У нас в фирме есть свои проблемы, конечно. Я не раз обращала внимание бывшего босса на недочеты в плане управления, но… одно дело, когда радеешь за компанию и хочешь как лучше, а другое дело – вот так вот с ноги и все под бульдозер.

Хотя о чем я?! Это в характере моего бывшего мужа. Гнать все под откос и без предупреждения.

– Ты не имеешь права творить такую дичь, Юсупов! Мы будем обращаться к юристам! На телевидение! Во все вышестоящие инстанции! Ты не всемогущий! Есть закон!

По мере того, как говорю, Игнат слегка наклоняет голову, явно давая понять, что акулы, которые у него работают, всех расколотят…

– Я имею право абсолютно на все, госпожа Моргунова, а именно решать, кому работать, а кому выметаться. Не справляешься – в утиль. Все просто.

– Я смотрю, за эти годы человечность так и не стала одной из твоих черт, – выдаю устало, потому что сердце болеть начинает.

Олю вспоминаю, как утром просила меня помочь, как о проблемах семьи рассказывала… А сколько таких у нас Оль работает? Нынче жить тяжело, у всех проблемы, и работа с хорошим окладом на улице не валяется.

В какой-то момент из меня, как из шарика, будто воздух выкачивают, и я просто застываю в кресле под суровым взглядом своего бывшего.

– В бизнесе свои законы. Но всегда есть вероятность сделки.