Мимо Тони проходили пассажиры прибывшего 414-го рейса, и он внимательно смотрел на каждого из них. Наконец, к нему подошел мужчина лет сорока возрастом и видом «точно раша». Русского, впервые прибывшего в США можно узнать, не заглядывая в его паспорт. Американцы видят наших по особым признакам, среди которых основным является широко раскрытые глаза и «вращающаяся» вокруг своей оси голова.

— Вы, Максим Кирсанов? — спросил Тони.

— Да! А Вы меня встречаете? — в ответ спросил Кирсанов.

— Конечно, мистер Кирсанов! — обрадовано сказал Тони, — моя машина ждет Вас!

Тони свернул и выбросил плакат в урну и, взяв за руку гостя, повел к выходу в город. У автоматических дверей стояла машина «Шевроле» и это было редкостью, которая невольно бросалась в глаза. Полиция нещадно штрафовала всех, кто оставит здесь машину. Тони вывел Кирсанова из терминала и, открыв дверь «Шевроле», пригласил его сесть. Сел за руль и резко тронулся.

Выехав с территории аэропорта, «Шевроле» двигался по улицам Вашингтона. Кирсанова на удивление не интересовал вид из окна автомобиля, и он с безразличием посматривал вперед. Вашингтон сначала немного разочаровывает любого, кто впервые попадает в этот город. Поначалу он кажется провинциальным и тихим, но потом становится понятно, что эта тишина придает ему свое уникальное обаяние. Отсутствие небоскребов, нет всеамериканской футуристичности большого города, зато есть совершенно необыкновенные музеи, кстати, практически все бесплатные, парки, в которых люди совершенно спокойно отдыхают и загорают прямо в центре мегаполиса.

Есть Джорджтаун, маленький кусочек Европы в столице США, с пристанью для частных яхт. И одновременно ощущается, что тут, в этом спокойном на вид городе, принимаются важнейшие политические решения, от которых зависит дальнейшая жизнь страны и может быть мира. Вашингтонцы очень приветливые люди. Если в Нью-Йорке все куда-то бегут и им некогда обратить внимание на бедного заплутавшего туриста, то в Вашингтоне к вам могут подойти и предложить свою помощь, если видели, что вы испытываете трудности с поиском нужной улицы. И все это с улыбкой, приветливо.

— Куда мы едем? — спросил Кирсанов.

— Я поселю Вас в фешенебельной комнате для гостей, — пообещал Тони, — рядом с лабораторией профессора. Это недалеко, в десяти километрах от города.

— Но я абсолютно не знаю английского языка! — сказал Кирсанов.

На лице Тони голливудская улыбка. Он с иронией смотрит на Кирсанова.

— О-о-о, мистер Кирсанов, не стоит волноваться, — весело сказал Тони, — английский язык Вы выучите за одну ночь. Это очень быстро…. Профессор Лео Джонсон, в распоряжение которого Вы поступаете, волшебник в этой части….

Кирсанов с недоверием и удивлением посмотрел на Тони и неожиданно улыбнулся.

— Как это за одну ночь? — спросил он.

— Во сне! Сегодня заснете, а завтра Вы сможете уже разговаривать со мной на английском, — пообещал Тони.

— Этот Джонсон у моей постели будет читать мне курс английского языка? — язвительно с иронией спросил Кирсанов.

Тони смеется, отрывается от дороги и пристально смотрит на Кирсанова.

— Ну, что Вы? — возразил он, — Вам наденут на голову шапочку типа для бассейна, в нее вмонтированы датчики и излучатели. Подключат к специальной программе на компьютере и все!

— Понятно! — задумчиво произнес Кирсанов, — мне говорили в Москве, что я буду нужен для какой-то важной операции.

— А какие еще установки Вам дали в Москве? — поинтересовался Тони.

Кирсанов задумался. По выражению его лица можно определить — он старательно напрягает память. Тони не подгонял Кирсанова, но временами не переставал бросать на него короткие взгляды, отрываясь от дороги.

— Мне сказали, чтобы я в пути ни с кем не общался, что меня в Вашингтоне встретят, и профессор Джонсон мне все объяснит, — скороговоркой отвечал Кирсанов.

Он посмотрел на Тони сверкающими от злости глазами.

— Я все выполнил, как мне говорили, — добавил он.

— Что Вы имеете в виду? — спросил Тони.

У Кирсанова на лице появился безумный взгляд и улыбка садиста.

— Я убил Катьку и ее дочку, а после этого поехал в аэропорт, — радостно сказал он.

Тони испуганно посмотрел на Кирсанова. Последняя фраза подопечного оставила на лице Тони гримасу разочарования.

— Вам приказали это сделать? — уточнил он.

— Да, это необходимо, потому что, если меня узнает кто-либо, то мне конец! — выпалил Кирсанов, — ведь Катька была, мне помнится моей женой и может узнать меня…, а дочку я вовсе не помню…. Может это и не дочка была! Но я хорошо помню, что она запасной ключ от квартиры прятала между почтовым ящиком и стеной в подъезде….

Тони с испугом продолжает смотреть на Кирсанова. Он отвлекается настолько, что машину выносит на обочину. Теперь Кирсанов испуганно смотрит на Тони.

— Вы на дорогу смотрите, не на меня! — советует он.

Тони, опомнившись, тормозил, и машина снова вписалась в полосу автотрассы. Дальше ехали молча, Тони воздержался от вопросов, а Кирсанов тупо смотрел в лобовое стекло. Через час они подкатили к фасаду большого двухэтажного особняка, утопающего в зелени деревьев, а еще через пять минут Тони демонстрировал Кирсанову его жилище. Это была просторная комната с дорогой мебелью, там было все, что необходимо — телевизор, холодильник, телефон, сплит система, большая двуспальная кровать.