– Дело щекотливое. Тебе светиться незачем.

По дороге Тоггенборг возмущался:

Меня ещё считали бандитом за то, что я пару десятков купцов пощипал и у десятка синьоров замки отобрал и присвоил. Сегодня ограбившие тысячи людей имеют и почёт, и уважение. Никто их не вешает и голову не рубит.

Костя Фигляр, слушал и улыбался:

– Прогресс. Жизнь убыстряется, потребности растут. Люди становятся всё жаднее и бессовестнее. Мне нравится такая жизнь. Простор для ума и фантазии.

– В своё время, когда я вернулся из крестового похода, мою невесту выдали замуж за богатого старика герцога. В день свадьбы, я пробрался в замок и убил герцога и его гостей. С его женою провёл вместо него первую брачную ночь. Она клялась в любви, потом на исповеди всё рассказала священнику. Тот донёс королю. Меня поймали и хотели повесить, но король, вспомнив, что я спас его от плена и смерти, приказал не вешать, а отрубить голову. Поэтому я без раздумий пошёл служить Мефистофелю.

Показав охранникам приглашения, они пошли искать кабинет Бориса Берёзкина. Секретарша хотела остановить их, но Тоггенбург осыпал её комплиментами и дождём шоколадных конфет. Она растерялась, не знала, что делать собирать с пола конфеты, или грудью закрыть дверь шефа, не пуская посетителей. Костя без стука открыл дверь и вошёл в кабинет. Войдя, начал говорить с порога:

– Здравствуйте. Мы пришли к вам от академика, магистра академии колдовства и волшебства Мефистофеля, гражданина великой Америке. Он восхищается вами, хочет встретиться и поучиться у вас умению очаровывать, околдовывать людей, потом манипулировать ими в своих интересах.

– Вы преувеличиваете мои заслуги. Я скромный, рядовой бизнесмен. Таких тысячи.

– А я слышал, что здесь в вашем офисе назначаются министры, генералы, директора.

– Это сплетни и клевета завистников.

– Теперь и я вижу это. Сутулый, шепелявый, некрасивый, лысеющий еврей не может очаровывать Хозяин будет разочарован. Вы обыкновенный мошенник, прохиндей, паук, опутывающий людей паутиной хитрости, лжи и коварства. Давайте заключим пари. Если из трёх партий в дурака вы не выиграете ни одной, то продадите мне душу.

Борис был оскорблён:

– Продать душу? Вы сумасшедший. Сейчас я вызову охрану.

– Не вызовешь – сказал рыцарь, достав пистолет.

– Я стреляю без промаха. И посмотрел в глаза Бориса. Того охватил ужас. Это был взгляд смерти. Она была рядом, её ледяное дыхание бросало в дрожь. Берёзов застыл в кресле, боясь пошевелиться.

– Так – то лучше. Сиди, не дёргайся и внимательно слушай. Мы знаем все твои хитроумные схемы отвода денежных потоков в твои карманы. Знаем о твоих виллах, замках и счетах в Европе. Посадить тебя лет на двадцать для нас труда не составляет. Отберём всё до последней копейки. Но нас твои деньги не интересуют. Хозяину нужна только твоя душа. Вот договор.

Если выиграешь у меня из трёх партий в дурака, хотя бы одну, мы оставим тебя в покое. Если все три выигрываю я, продаёшь душу моему шефу

– Зачем она ему?

– Отправит в ад. Ты заслужил это.

Бледный Берёзкин достал из сейфа колоду карт. Это новая колода, будем играть ею.

– Мне без разницы. Тасуй и сдавай.

Крестный отец Кремля трясущимися руками начал сдавать. Он ещё надеялся на чудо, но напрасно. Проиграл все три партии.

– Теперь ставь отпечаток своего большого пальца на договоре и мы уйдём.

Борис приставил палец к бумаге, на листе остался кровавый отпечаток узора его большого пальца. Рыцарь забрал договор и хотел уходить.

– Я прикажу не выпускать вас.– завопил Берёзкин.

– Почему не хочешь удержать сам?

Рыцарь снял с плеч голову и протянул Борису.

– На – держи.

У того застучали зубы от ужаса, он обделался и потерял сознание.

Пойдём быстрее, здесь дурно пахнет – засмеялся Костя.

Друзья неторопливо покинули штаб – квартиру Берёзкина.

Авария

Чёрное безмолвие небытия озарила, ослепительно – белая, как молния в угольной темноте южной ночи, мысль:

– Зачем меня оживили, там было так хорошо!

Мысль сверкнула и погасла. Но мозг ожил, сознание вернулось ко мне. Я открыл глаза и увидел белый потолок и белые стены, холодной, как осенний рассвет, комнаты. Она пугала стерильной тишиной. Я, вдруг, забыл, что меня оживили, и запаниковал:

Где я? Что со мной? Почему лежу голый? Что за щупальца тянутся ко мне? Я начал судорожно ощупывать себя. Когда коснулся трубок – щупалец, они, закачались, стеклянным звоном спугнув тишину. В комнату вбежала девушка в белом халате. Я услышал её взволнованный крик:

– Не шевелитесь, вам нельзя двигаться.

Девушка подбежала и стала привязывать мои руки и ноги к кровати.

– Что вы делаете? Отпустите меня, я хочу в туалет!

– Лежите, утка под вами.

Привязав меня к кровати, девушка торопливо вышла из комнаты.

Через несколько минут в комнату вбежал врач – невысокий, худой мужчина лет сорока.

– Ну, что ожил? – Склонившись надо мной, спросил он. – Мы уже потеряли н надежду. Ты помнишь, какое сегодня число?

–Семнадцатое – не задумываясь, ответил я.