Здание содрогнулось. Джин- Хо встал со своего стула.

— Тревога! Тревога! Тревога! Вооруженное нападение на здание Центрального управления сектора. Всему гарнизону — в ружье! В ружье! В ружье! — сообщил неживой голос из динамика.

В коридоре больничного крыла послышался энергичный топот ног, затем активные переговоры. Множественные взрывы вновь и вновь сотрясали здание.

В палату Константина вбежал мужчина в белом халате, он объявил, что проводится всеобщая эвакуация, и первым делом выводят больных, которые идут на поправку. Титов откинул одеяло, слез с кушетки. Новая рука все еще ощущалась непривычно, а место среза периодически жгло, но он освоится.

Босые ноги коснулись пола.

— Доберемся до административного крыла, там вас переоденем, — произнес Джин- Хо и опираясь на трость встал со стула.

— Вы успеете? — поинтересовался Константин, выглядывая в коридор.

— Есть еще немного сил, — улыбнулся мужчина.

Титов сопровождаемый врачом вписался в поток, который следовал к лифтам. Завидев его, люди поначалу не расступались, должно быть, не узнав генерального директора в повязках. К счастью, людей было не так много, можно сказать, Титов был самым «тяжелым» из больных, хотя стоит отдать должное сотрудникам ЦУС, даже заболевали они не отрываясь от производства. Четыре имеющихся лифта быстро сократили количество людей в коридоре. Пришлось немного подождать начальника управления, который показывал необычную прыть для своей травмы, должно быть, играл накал ситуации.

— Меня беспокоит, что я не знаю, как разворачивается ситуация, я зашел к вам без телефона, — сказал ОПЗМовец, стоя спиной к генеральному директору и глядя на створки лифта.

— Судя по тому, что врага не остановило даже то, что штаб успел отшвартоваться, ситуация весьма серьезная.

— Хотелось бы конкретики, от этого зависят мои дальнейшие действия по отношению к вам, — прежний саркастический тон мужчины исчез, сейчас он полностью сосредоточился на текущем положении дел.

Здание снова содрогнулось, кабина лифта замерла, свет погас.

— Никогда больше не поеду на лифте, — покачал головой Титов.

— Сейчас включится резервный источник.

Снаружи заскрипел трос, кабина дернулась вниз, затем тут же замерла.

— Да к черту, — Титов огляделся по сторонам, обнаружил вверху люк. Не без усилий поднявшись, опираясь на поручни он ударил протезом по нему. Металл отозвался гулким скрипом, но не поддался. Еще удар. И еще. Наконец- таки крышка отлетела, Титов вылез, затем помог подняться Джин- Хо.

На их счастье лифт немного не доехал до этажа. Был ли он нужным — вопрос уже другой.

— Хватайтесь с другой стороны, — скомандовал Константин.

Начальник управления отложил трость, взялся за створку и потянул на себя. Первым усилием, пусть и совместным, ничего сделать не удалось.

— Тяни! — напирал генеральный директор. Створки нехотя поддались.

— Эй! — закричал Джин- Хо, пытаясь перекричать треск тревожного оповещения, — кто- нибудь!

Руки Константина задрожали. Он напрягся изо всех сил, и даже стиснул зубы, что отдалось новой вспышкой боли в челюсти.

— Мы здесь! — закричали они на этот раз вместе.

И их услышали. Несколько людей из пробегавших мимо помогли разжать двери и выбраться ОПЗМовцам. Но до административного крыла они еще не добрались, а оказались в центре планирования. Однако, по заверениям начальника управления, до пункта назначения — рукой подать.

Генеральный директор слышал в мыслях Джин- Хо негодование, он был обеспокоен не только судьбой своих подопечных и возможными жертвами, но и собственной беспомощностью и, что было для него хуже — абсолютным отсутствием владения обстановкой.

Из- за постоянных взрывов, к счастью, происходивших снаружи, все стоящее на столах посыпалось на пол, Константин, проходя через офисы оббегал разбитые фоторамки, расколотые кружки, старался не споткнуться об провода. Единственным положительным во всем этом было то, что босые ноги ступали по чуть теплому ковролину, хотя после длительного соприкосновения с холодным металлом кабины лифта, ступни утратили часть чувствительности. Джин- Хо снова привел их к лифту, но директор покачал головой. В широком коридоре они замерли перед панорамным окном, на которое медленно опускалась, кажется, заклинившая створка блокировки. Константин успел увидеть как в небе сражались истребители и более мелкие фигуры, выпускавшие небольшие снаряды.

— Объявлена эвакуация. Это не учебная тревога! Объявлена эвакуация! Это не учебная тревога! — вещал из громкоговорителей неживой женский голос.

— Еще два этажа по лестнице, — сказал начальник управления, открывая дверь рядом с лифтом.

— Идем, — ответил Константин, глядя как звено самолетов один за одним превращает мелкие цели в единожды зажигающиеся вспышки.

Он и сам, подобно Джин- Хо, совершенно не знал, что делать и какие шаги предпринять. Если и эвакуироваться, то куда? Но что более важно (он на мгновение поймал себя на мысли, что действительно отдает этому первый приоритет), где сейчас находятся выжившие члены его делегации? Со времени пробуждения спросить об этом не удавалось, а теперь, Титов успел задуматься о судьбе своих людей. И одного конкретного человека.