Как я мог так ошибиться?

Зато Ида написала уже пять сообщений в ответ.

Она просит позвонить, но я не могу быть занят, если Настя вдруг наберет меня.

Сейчас мне нужно просто подумать и попытаться успокоиться.

В голове сплошной хаос. Не могу перестать испытывать удушающий страх. А если прочла в последний момент? И я этого не увидел? Что, если она прямо сейчас там плачет и не хочет слышать мои объяснения?

– Боже, – опускаю голову на ладони.

Как я мог ошибиться? Как?

Ида снова звонит, и я все же поднимаю трубку.

– Привет, милая.

– Ты нарочно? – в ее голосе обида и это опять же моя вина.

– Нет, прости. Я случайно перепутал эти проклятые смски. Надо было лучше позвонить.

– Она увидела?

Ида знает о Насте, но она та, кто принимает эти условия. Изначально принимала, хотя не скрывает того, что хотела бы их изменить.

– Нет. Надеюсь… На самом деле я не уверен в этом до конца. Прошло почти пятнадцать минут.

– Ясно. Я хотела, чтобы ты поговорил с Ангелиной.

– Конечно.

Жду, когда моя дочка возьмет телефон и быстро смотрю на экран. Пусто.

Неужели она успела увидеть?

– Папа? – слышу голос моей девочки и тут же улыбаюсь.

– Привет, принцесса. С Новым годом.

– И тебя, папочка. Ты скоро приедешь домой? – этот вопрос ударяет меня, как и всегда, в самое сердце.

Меня разрывает на части как две женщины, которые делят его пополам, как двое моих детей, что рвут душу.

А невозможность простого выбора уничтожает.

– Я приеду послезавтра, дочка. Потерпишь немного?

– Конечно, папочка.

– Обещаю провести с тобой очень много времени, играя в ту игрушку, что подарю тебе.

– Какую? – голос перестает быть грустным.

– Но ведь это подарок. Ты же у меня терпеливая умница?

– Да. Я терпеливая.

– Значит, второго января ты получишь свой подарок.

– Хорошо, папочка.

– Мама уже подарила второй подарок?

– Да, – визжит дочка. – Она такая красивая, самая-самая красивая куколка на свете.

– Я рад, что тебе понравилась кукла, мой ангел, – она громко зевает, и я улыбаюсь. – А теперь, ты должна ложиться спать.

– Хорошо. Спокойной ночи. Я тебя люблю.

– И я тебя люблю. Сладких снов.

В трубке слышится шорох.

– Второго? – в ее голосе разочарование. Я планировал провести Новый год с Настей и сыном, а первое с Идой и дочерью.

– Малыш, мы это обсуждали.

– Я знаю, просто… Ладно, это новогодняя ночь, и я тебя очень люблю, чтобы портить ее выяснением отношений. Не сегодня.

– Спасибо. С Новым годом, милая.

– И тебя.

– Я тебя люблю.

– А я тебя. Мне нужно идти.

– Хорошо. Мы будем ждать тебя, Игорь.

– Я буду очень скоро.

Закрыв глаза, я слышу короткие гудки в динамике.

Черт возьми.

Решительно открываю список последних контактов и уже нажимаю номер жены, как мне приходит смс от нее.

«С Новым годом, любимый.

Мы пускали фейерверки на улице. Забыла телефон».

После моей ошибки теперь, кажется, что каждое слово в ее сообщении содержит свою интонацию не самого положительного ключа.

Поэтому набираю все равно.

– Алло?

– С Новым годом, милая.

– И тебя, Игорь. Иван, – слышу, как она сразу же зовет сына. – Папа звонит.

– Папа, с Новым годом. Там были такие клевые салюты. Соседняя многоэтажка стреляла с крыши, представляешь?

– С Новым годом сынок, – перебиваю поток его восхищений. – Я рад, что тебе понравилось. Вы уже зашли домой?

– Да. А мы будем завтра пускать, когда ты приедешь?

– А ты бы хотел? Я планировал это сделать в доме твоей бабушки, но меня там нет, думаю, это сделали уже за меня.

– Жаль. Я бы посмотрел еще. Лизка так засмотрелась, что упала в сугроб, – дальше слышу визг племянницы, и трубку снова берет Настя.

– Значит, у вас там весело?

– О да. Очень.

Но я слышу ее голос, и в нем ни капли радости нет.

– Настен, прости, что меня нет. Умоляю, милая.

– Все… Все хорошо, я ведь уже сказала. Просто не обращай внимания, ладно?

– Я не могу. Я чувствую свою вину перед тобой и сыном.

– Вину? – голос едва слышен.

– Я очень тебя люблю, родная. Хочу, чтобы ты это знала. И обещаю, что такого больше не повториться.