— Назад, отошли назад!

Табельный глок остаётся в кобуре, Хименес вскидывает трофейный пистолет-пулемёт. Ветровое стекло рассыпается градом белых кубиков. Одолев последнюю преграду, водитель выползает на капот и скатывается к людям на улице.

— В сторону!

Коротко взревев, МП-5 встречает водителя тремя пулями в живот, раненый безумец падает. Хименес переводит на одиночный огонь, осторожно подходит к водителю и стреляет в голову.

— Зачем вы это сделали, офицер?! Он же был ранен! А вы его убили, как же так можно!

— Уходите все отсюда. Берите вещи и уходите! Будьте особенно осторожны с такими вот ранеными, у них у всех бешенство. Уходите!

Подхватив с опрокинутой тележки уличного торговца бутылку воды, Хименес делает несколько быстрых глотков, затем умывает залитое кровью лицо. Её всё ещё мутит после страшного удара в борт. Чудо, что жива осталась и не покалечилась. Машине конец, значит, надо идти пешком. Судя по номерам домов, осталось совсем немного. Только трофей сначала забрать.

— Открывайте! Открывайте, это я, Виктория!

Тяжёлая стальная дверь богатой квартиры заперта, над дверью горит красный огонёк камеры. Хименес поднимает лицо к объективу, затем показывает значок.

— Рэйчел, открой, это я! Твоя сестра, Виктория!

Секунда, вторая, и красный огонёк сменяется зелёным, дверь открывает Луис, зять патрульной. В руках у него дорогущий ремингтон с серебряными накладками на прикладе.

— Рэйч, всё в порядке, это правда твоя сестра! Виктория, откуда ты здесь? Я думал, ты в аэропорту, мы слышали, что там произошло, пытались звонить и…

— Нет времени объяснять, закрой за мной дверь и начинайте немедленно собираться. Рэйчел, ваши машины в гараже?

— Да, обе внизу. Там стоит сигнализация, мы ещё вызвали охрану, но никто не приехал. А что происходит?

— Неважно, давай ключи! Собирайтесь быстрее, вы уезжаете немедленно!

— Как уезжаем, куда?

Хименес рассказывает сестре и её мужу о произошедшем в аэропорту и на городских улицах.

— Я пыталась дозвониться до вас, но ничего не вышло, телефон накрылся, интернет тоже, пришлось самой ехать. Немедленно садитесь в машину и уезжайте из города, езжайте на север. Луис, ты говорил, у тебя родня в Сиэтле?

— Да, брат, только мы с ним не ладим, редко видимся…

— Неважно, вы едете к нему. Оставайтесь у твоего брата, пока не отменят чрезвычайное положение, а ещё лучше, найдите дом за городом. Из Лос-Анджелеса надо бежать…

— Что значит бежать, Вика? Зачем? По радио отдали приказ запереть двери, вооружиться и ждать помощи. Твой собственный главный комиссар сказал, что помощь придёт уже совсем скоро, солдаты придут. Зачем тогда…

— Затем, что вас здесь всех прикончат! Рэйчел, ты что, не слышала, что я сказала?! Там люди убивают людей, глотки друг другу рвут, и если вы останетесь…

— Не ори на меня, Виктория! Ты мне не указ! Я сама знаю, как мне жить и что делать! Ты всю жизнь старшая сестра, всю жизнь на меня орёшь, командуешь постоянно! А я и без тебя прожить могу, я зарабатываю в десять раз больше, чем ты! Я Йель окончила с отличием, а ты даже в колледже еле тянула, и теперь всего-навсего патрульный коп, больше ничего не умеешь! Ну вот иди и делай свою работу, а мы остаёмся здесь, как твой комиссар приказал. У нас стальная дверь, есть оружие и много еды, надёжная охрана, мы…

Рэйчел пытается ещё что-то сказать, но никто не слышит, что именно: многоэтажный жилой дом содрогается от близкого взрыва. С грохотом вылетают стёкла, гаснет свет.

— Что это?!

— Осторожно, осторожно, на полу осколки, не наступи на них! Все живы, никого не задело?!

— Твою мать, глядите!

Луис указывает в разбитое окно на другую сторону улицы, где стоит такой же дорогой многоэтажный дом, как тот, в котором живут они. Вернее, дом стоял секунд десять тому назад, а теперь рушится на улицу в гигантском облаке цементной пыли.

— Охрана, говоришь, хорошая? Собирайтесь и немедленно уезжайте, я приказываю! Вы погибнете, если останетесь здесь! Они скоро придут, тут всё сгорит!

— Да что же это, Вика, как же…

— Так, Рэйчел, давай собираться и уезжать отсюда, твоя сестра дело говорит! Неси чемоданы!

От плачущей сестры толку никакого, и патрульной приходится всё делать самой, хорошо ещё, что Луис не мешает, а даже немного помогает. Хименес всегда терпеть не могла зятя, на её взгляд, обычного дешёвого актёришку, не имевшего ничего, кроме мускулистого загорелого тела и пары ролей в провалившихся сериалах. Такому в порнушке сниматься надо, а он взял да и женился на Рэйчел, сколько бы она ни отговаривала младшую сестренку, убеждая, что он быстро промотает все её заработанные на бирже деньги. Но у таких скользких типов всегда хорошо развито чувство опасности, и сейчас это чувство Луиса не подводит: после взрыва соседнего дома он моментально убеждается в правоте Виктории, перестаёт спорить и теперь помогает успокоить находящуюся на грани истерики Рэйчел и заставить её паковать чемоданы. Хоть какой-то толк.