История Дори лилась потоком, который изредка прерывали вопросы любопытных малышей или взрослых, которые то ли сами для себя что-то уточняли, то ли хотели, чтобы их дети услышали самое важное. День потихоньку клонился к закату, тени удлинялись, а самые маленькие начинали понемногу зевать.

– …А потом я выяснил, что человеческие дети не так уж и плохи, – сказал Дори с улыбкой.

– Они не захотели сделать из вас чучело? – спросил тот молоденький эльф.

Дори рассмеялся.

– Вовсе нет, – сказал он, – мы просто с ними друг друга не поняли.

Он вспомнил, как до смерти боялся человеческих детей и пытался спрятаться от них в лесу, а дети не понимали, почему Дори постоянно от них бегает.

Им всё равно удалось справиться с угрозой, которую несла Кронии озлобленная и полная чёрной магии Крепость.

– …Потом мой волшебный топор разрушил Крепость, – сказал Дори, – так всё и закончилось.

Он не хотел рассказывать о суде над Коми, по решению которого кузена заперли в дереве на пятьдесят лет. Тогда как раз устроили Совет-На-Заре – многие жители Кронии, и дневные, и ночные, собрались вместе на огромной поляне, долго обсуждали вину Коми, слушали историю Дори и других, кто боролся с Крепостью, пытались понять, кто виноват и почему случилось горе. Решили, что Коми, чья зависть и гнев приманили Крепость, виновен, но может исправиться. А через пять десятков лет, когда он защищал яблоневые сады, запертый внутри деревьев, ему всё простили.

Дори иногда общался с Коми, но кузен переехал и сейчас занимался строительством плотин: они только изредка посылали друг другу письма и открытки. Это была хорошая история, но Дори не думал, что её стоит рассказывать. Что-то простое и привычное могло показаться скучным, а слушатели и так немного устали. Даже маленькая гремлинка не задавала вопросов, а только размахивала хвостом с яркой кисточкой и о чём-то напряжённо думала.

– Мама говорит, что ты ничего не боялся, – сказала она, – а ты говоришь, что боялся. Как так?

– Я действительно боялся, – заверил её Дори.

– Тогда почему же ты продолжал совершать подвиги? – спросила малышка.

Дори улыбнулся и опять погладил бороду.

– Дело в том, – начал он, – что есть вещи, которые просто нужно сделать. Хочешь ты или нет, страшно ли тебе, хочется ли… это не важно. Главное всё-таки выполнить задуманное.

– Просто так получалось выполнить? – не отставала маленькая гремлинша.

– Я думал о других существах, – ответил Дори, – о своей невесте, о своём отце и о матери. Обо всех жителях Кронии. Это же мой мир, и я всегда хотел сделать для нас всех как лучше.

Дори иногда сам поражался, как ему хватило смелости и решимости победить Цесинду, а потом и её Крепость… но удалось.

– А ещё, – добавил Дори задумчиво, – мне всегда помогали. Без других я бы никогда не смог совершить ни единого, даже самого малюсенького подвига.

Гремлинка задумчиво кивнула, Дори не был уверен, поняла ли крошка, о чём он говорил, но уточнять не стал. Всё-таки в своём рассказе он не забывал о человеческих детях. Так приключилось, что два раза из трёх, когда он путешествовал в мир людей с поручением Совета-На-Заре, ему помогали именно дети. Пусть поначалу и выходило немного неловко, когда они принимали его за диковинную зверушку или монстра, но потом получалось подружиться.

Побывав в мире людей, гремлин убедился, что тот не так уж и плох. В чём-то странен, очень необычен, за его лесами не смотрят дриады, но тем не менее многие люди были хорошими.

Дори нравилось думать, что дети и взрослые, которых он повстречал на другой стороне мира, тоже вспоминают его с теплотой.

Пока он размышлял, его слушатели стали потихоньку расходиться: грифоны потягивались и разминали крылья, эльфы о чём-то переговаривались свистящим шепотком и хихикали, родственники Дори обсуждали услышанные истории.

Тот кентавр, что попросил рассказать о Коми, потряс своего задремавшего сынишку за плечо. Малыш зевнул и потёр глаза кулачками.

– Мы забыли поздравить нашего героя, – пробасил кентавр.

Со всех сторон раздалось: «Да!», «Точно!» и «Как мы могли?»

– С чем? – удивился Дори.

– С тем, что ты скоро сам станешь отцом, – внёс ясность кентавр.

– Ага, поздравляем! – поддержала его одна из кузин Дори, и остальные тоже присоединились к её словам.

Дори неуверенно улыбнулся: он потому и пришёл на полянку, чтобы чуть-чуть поговорить на другие темы. Ему хотелось детей и, конечно, он ни секундочки не сомневался в этом, но всё равно было страшно. Дори до сих пор казалось, что он только играет во взрослого, а на самом деле ничегошеньки не понимает в жизни и в том, как положено себя вести.

Теперь у него была семья, его возлюбленная Лори, и у них вот-вот должны были появиться малыши. Опытные знахарки говорили, что будет двойня. Дори боялся, и от одной мысли о его детях сердце начинало заходиться.

– Спасибо, друзья, – сказал он.

– Ты будешь отличным отцом! – заявила одна эльфийка, уже взрослая, с ниточками седины в роскошных чёрных волосах, и её поддержали почти все, кто собрался на поляне.

– Ох, я не уверен, – вздохнул Дори, – даже не представляю, как мне себя вести и что делать.