– Печально, – заключил адвокат, когда Олесий бухнулся в своё кресло и дрожащей рукой вытер пот со лба. – Для вас печально. Мы обратимся в суд с просьбой, чтобы вас наказали по всей строгости закона. Конечно же, не конкретно вас, а ваше начальство и того следователя, который отвечал за дело многоуважаемого Марка Ломоносова. Кстати, я так понимаю, что он может идти?

– Обращайтесь, идите, – обречённым голосом протянул Олесий и как-то уже по инерции, без особой надежды, добавил: – Но перед этим мне нужно проверить печать фамилиара.

– Марк, ты обзавёлся фамилиаром? – подпрыгнул на диване Карпов.

– Меня зовут Дракоша, – представился, собственно, Дракоша, материализовавшись справа от князя. Всё это время он сидел рядом с четой Карповых. Те вздрогнули, ошарашенно на него уставившись. Дракоша улыбнулся во все… сколько у драконов зубов? Ну, по ощущениям, не меньше трёх сотен. В общем, Дракоша улыбнулся, да так, что от его улыбки даже Карпов подобрался, и выдохнул струйку пламени. Огонь застыл в воздухе, закрутился и превратился розу. Дракоша взял огненный цветок и протянул его княгине. Та робко поднесла к розе пальцы и, убедившись, что пламя её не обжигает, взяла цветок.

– Спасибо, – поблагодарила она.

– Вы очень красивая, – проговорил Дракоша и посмотрел на меня. – Вам нравится мой папа?

– Что? – переспросила растерявшаяся княгиня.

– Вам нравится мой папа? – терпеливо повторил Дракоша. – У нас нет мамы.

– Молодой человек, поумерьте пыл! – влез в этот странный разговор Карпов, демонстративно приобняв жену. – Мы женаты! Поищите маму в другом месте!

– Хорошо, – покладисто согласился Дракоша.

Я привлёк внимание Олесия и поторопил его:

– Давайте уже проверим печать, у меня сегодня много дел, а я даже не ужинал.

Олесий передал мне артефакт в виде фигурки собаки и объяснил:

– Вы должны дотронуться до него одновременно со своим фамилиаром. Если печать присутствует, артефакт загорится зелёным цветом. Если нет – красным.

Дракоша спрыгнул на пол и, забавно переваливаясь с бока на бок, подошёл к столу, взял фигурку собаки за хвост. Я положил пальцы на её голову. Я не знал, какую энергию и магические волны испускает печать фамилиара, да в этом и не было необходимости. Я просто чувствовал, как работает артефакт – где нужно добавить магии, а где требуется её забрать, чтобы получить необходимый цвет. Если сравнивать с игрой на пианино – то я просто нажимал заученный наизусть порядок клавиш, при этом не понимая ни музыкальной грамоты и не имея слуха. Грубой силой по тонким материям, так сказать. Лицо Олесия на мгновение перекосилось от разочарования, когда кабинет озарил зелёный свет.

– Свободны, – устало бросил он и добавил: – Все претензии можете передать дежурному.

Адвокат остался утрясать юридические вопросы, а мы с четой Карповых покинули участок. Князь активно зазывал меня в гости – видимо, надеялся с моей помощью найти лазейку и ускользнуть от грозной беременной жены, чтобы спустить в ближайшем казино несколько тысяч рублей. Но пришлось его разочаровать – я запланировал сегодня ночью посетить Данж и уже договорился встретиться с Андреем и Мишей. Они фактически стали новыми главами Ронинов и бандитской группировки соответственно. Попрощавшись с Карповыми, я устремился в ближайшее кафе – мой желудок возмущённо ворчал от голода и грозился переварить сам себя. Я представил сочный стейк из говядины и огромную миску обычного салата из помидоров и огурцов и застонал от предвкушения. Проходящая мимо женщина с осуждением на меня посмотрела, но я не обратил на это внимания – мои мысли занимала еда…

***

Краснодарское отделение полиции №2, через пару часов.

В кабинете номер двенадцать сидели двое – старший лейтенант Светлогоров и Дмитрий Нахимов. Они молчали. Светлогоров, словно хамелеон, постоянно изменял окраску – попеременно бледнел, краснел и зеленел. На его коже не осталось ожогов – драконий огонь ему не навредил, но вот брови и ресницы сильно опалило, из-за чего его лицо теперь выглядело немного странно – будто большую голову младенца надели на взрослое тело. Светлогоров боялся заговорить первым – он скрестил пальцы и молился своему покровителю, Даждьбогу. Он просто хотел выжить. Потому что всем известно – Дмитрий Нахимов не прощает ошибок. Если ты хорошо ему служишь, то он щедро тебя награждает. Но если где-то оступишься… Светлогоров передёрнул плечами.

– То есть ты позволил ему уничтожить все улики? – наконец спросил Нахимов. Держался он спокойно, почти равнодушно, словно говорил о погоде.

– Нет, – пробормотал Светлогоров. – Никто не мог проникнуть в хранили…

– Но проникнул! – внезапно проорал Нахимов, вскочил и грохнул кулаком по столу. – Да твой никчёмный Род давно бы сгнил, если бы не я! Именно я вытащил задницу твоего отца из долгов! Я продвинул тебя по службе! Да если бы не я, ты бы до сих пор был солдатиком на побегушках! Охранял бы нулевые Данжи! И что я за это получил? Это! – он обвёл руками кабинет. – Ты разрушил мой план! Всё было идеально, я загнал Ломоносова в ловушку! Я почти получил всё, что хотел! Но нет! Мой же человек вставляет мне палки в колёса! Если бы ты не был таким тупым, я бы заподозрил, что ты продался Ломоносову. Но у тебя бы мозгов не хватило играть на две стороны.

– Я бы никогда… – пролепетал Светлогоров. – Пожалуйста, я всё исправлю!

– Какая самонадеянность, – рассмеялся Нахимов. – Он исправит! Ничего ты не исправишь, болван. В этом участке произойдёт небольшое изменение рабочего состава. Твой младший брат подавал надежды. Надеюсь, хотя бы он сможет правильно выполнять приказы!

– А я? – с трудом выдавил Светлогоров. Говорить было трудно, горло пересохло и ужасно першило.

– Ты? Гм, дай-ка подумать, – Нахимов почесал подбородок, притворяясь, что размышляет, а потом неожиданно ударил в сторону Светлогорова кулаком, и сильнейшая магическая волна впечатала того в стену. Весь участок сотрясся от этого энергетического взрыва. На мгновение Светлогорову показалось, что сейчас его размажет тонким слоем по старым обшарпанным обоям, однако Нахимов отменил заклинание и, презрительно скривившись, процедил: – Чтобы завтра тебя не было в Краснодаре. И в Роду Светлогоровых – тоже. Напишешь добровольный отказ.