Извлекаю из морозильной камеры чудные очищенные креветки (чистить их я ненавижу), бросаю отвариваться и параллельно ставлю на плиту кастрюлю воды для макарошек. Нет, ну если делать так, чтобы у Стаса отвисла челюсть в первый же день совместного проживания со мной, то делать красиво.

Или я просто таким способом отвлекаю себя от мыслей, в какую же дикую авантюру я влезла и что мне теперь со всем этим делать…

Стас

Ничего страшного не будет. Она поживет в отдельной комнате, я буду пересекаться с ней только по вечерам на кухне, а лучше вообще не буду пересекаться. Пусть моется в моем душе, ест из моей посуды, спит на моем диване. Точнее, на своем, ведь он будет стоять в ее комнате.

Не хочу даже тратить время на анализ своего безумного решения. Время – слишком большой ресурс, знаете ли. У меня лишнего просто нет. Выгуляв Саммер, отправляю ее домой, надеясь, что Алена как-нибудь разберется с кормом. Собака просто начнет выть, если не дать ей поужинать.

Захватив из прихожей сумку для зала, молча выхожу из квартиры, спускаюсь и сажусь за руль. Когда тебя постоянно возят на служебной машине, это круто, но я и сам очень люблю. Я уже столько лет за рулем, что делаю все максимально на автомате, и как раз эти моменты считаю для себя возможностью расслабиться.

Я бы врубил музыку и просто покатался, но едва выезжаю с придомовой территории, как у меня разрывается телефон. Федеральный Минтранс. Вот что нужно от меня в восемь вечера, а?

Не, я понимаю, что они звонят и в одиннадцать вечера, и в шесть утра, когда горит. У нас настолько важный регион, что горит вечно. Но мозг у меня и так кипит, и вот сегодня я никак не хочу с ними болтать.

Разумеется, трубку я беру, тут уже без вариантов. Предстоящая осенняя выставка взорвет мне мозг, даже не сомневаюсь. Едва успеваю отключиться, как пресс-секретарь нашего министерства присылает пост на проверку. «Срочно». Да когда у нас что было не срочно? Приезжаю к фитнес-центру, паркуюсь, читаю текст и закатываю глаза от негодования. Вот время идет, а она даже не пытается разобраться в тонкостях нашей работы! А знаете ли, это не про какой-нибудь салон красоты писать. Нужно вникать в особенности дорожного ремонта, транспортных средств, запуска движения, маршрутов и многого другого. Не за один день, понятно, я ведь тоже для этого учился и набирался опыта. Но проблема в том, что эта мелкая и не хочет осваивать тему, думая, что я прощу ей все косяки за ее пошло надутые губы. Не, не катит. Меня не вставляет от слова совсем.

Вот даже Давыдова – это прям другое дело. Когда она сидела сегодня у меня на столе…

Нет, стоп. Я не с того начинаю. Не понимаю, откуда у меня взялись долбаные психи, я уже давно живу и работаю в таком режиме и ни о чем не жалею, потому что люблю то, чем занимаюсь, но сегодня реально психую. Просто оставляю телефон в раздевалке клуба и поднимаюсь в тренажерку лишь с полотенцем и бутылкой воды в руках, чтобы через час выйти оттуда полностью убитым, но проветрившись. Даже не хочу смотреть, какая бомба взорвалась в телефоне за это время, просто вижу, сколько уведомлений скопилось на экране и пролистываю их. Надеюсь, я не увижу среди сообщений что-то типа «я спалила твою квартиру» или «я случайно отравила твою собаку». Давыдова же может вытворять все, что угодно. На фоне спокойной, всегда собранной и практически железной леди Тани Алехиной ее подруга смотрится как торнадо, способное открутить голову любому.

И это торнадо я поселил в своем доме и назвал «невестой».

После душа снова хочется жить, и когда я сдаю ключ от шкафчика, чтобы забрать карту клуба, решаю улыбнуться и подмигнуть красотке за рецепцией. А то мне кажется, я постарел, заработался и разучился флиртовать. Не, все в порядке, и я в приподнятом настроении еду домой.

Чтобы с порога обнаружить там полный звездец.

Везде, серьезно, вообще везде ее вещи. Меня здесь не было два часа! Два! Мать твою! Часа! А такое чувство, будто это я приехал пожить у нее, а не она у меня. Тут везде ее вещи. Везде! Она даже туфли на каблуках за каким-то хреном выставила на полку для обуви! А пахнет в прихожей так, как будто Алена пометила территорию и забрызгала все своим парфюмом.

Бросив сумку с вещами прямо на пол, захожу на кухню. Посуда раскидана на столе, рабочей поверхности, в мойке. Видимо, Аленочка решила показать мне, что перед трудностями не сдается и готова в первый же день на чужой кухне родить кулинарный шедевр.

Спасибо просто, что у меня есть посудомойка и еженедельный клининг, иначе я просто не сдержусь и выпорю ее за подобный хаос в моей квартире.

И нет, я сейчас не о своих сексуальных фантазиях, а чисто о воспитательном элементе нашего сожительства.

– И что ты тут устроила? – решаю разобраться с ней до того, как мысли продолжат свой разгон.

Она встает в позу со сковородой в руке и подкатывает глаза.

– Спасибо, Аленочка, за вкусный ужин, это так мило с твой стороны, – тараторит язвительным тоном.

– Что там?

– Паста с креветками и овощами.

Подхожу к ней, вытягиваю вилку из металлической подставки для столовых приборов, придерживаю одной рукой сковороду и накручиваю на вилку щедрую порцию.

– Да, это вкусно. Реально вкусно, – мне приходится признаться. – Посуду закинешь в посудомойку вон за той дверцей. Я пойду помою руки и сяду нормально поесть.