— Хорошо, тогда я согласен! — После некоторых раздумий произнес Вадим.

— Клянись в том своим миром и возможностью вернуться в него.

Вадим пару секунд соображал, затем понял, что от него хочет призрак, да тот уже и сам ему подсказал и произнёс.

— Клянусь своим миром и возможностью вернуться туда, что я согласен заключить договор с богами.

— Клянусь своим миром и возможностью вернуться туда, что я согласен заключить договор с богами на равных условиях, — повторил Вадим, добавив пару последних слов от себя.

— Условия договора определят боги, — недовольно отозвался призрак, — впрочем, думаю, им всё равно, равного договора у вас не получится, поэтому убирай эту фразу из своей клятвы. Боги не мелочны и вознаградят тебя за каждое выполнение своего наказа и устроят это по-божески, кхе-кхе.

Кхеканье старика Вадиму не понравилось, боги коварны и одарить могут совсем не тем, на что ты рассчитываешь. Хотя, человек подчас сам не знает, что для него лучше, а что хуже. Ну, да что тут поделаешь?

— Хорошо. Клянусь своим миром и возможностью вернуться в него, что я согласен заключить договор с богами.

— Вот это уже лучше! Ох, устал я уже с тобою разговоры разговаривать. Давно так долго не говорил, весь уморился. Ну, да ладно, не часто приходится уговаривать пришельцев из другого мира. Не припомню, чтобы это случалось в эту тысячу лет. За твоё согласие будет тебе удача в ратных делах и предупреждение о злонамерениях твоего временного хозяина-француза. Проси его учить тебя постоянно, и в том тебе будет прибыток, как в силе, так и в умении. Не зря тебя старуха-ведьма эликсирами поила, в них будет и сила, и воля твоя в мастерстве с оружием и в сражениях. Учись и пусть твоя рука твердеет, а воля покрывается железом. Француз здорово удивится тому, что сможет тебя научить многому, и на то воля богов будет! А сейчас прощай, ворон передаст тебе в другой раз указание о месте силы. А пока ты должен добраться до Москвы и остаться не только в живых, но и в прибытке. Помни о том, это тебе тоже на пользу пойдёт и в плюс к карме твоей. Прощай! — И призрак тут же растворился, только осыпалась белесая пыль, что тут же унёс слабый ночной ветерок.

Вадим остался один в ночной тьме.

Глава 2

Дорога на Москву

Больше ночью его никто не беспокоил, только где-то недалеко захлопали могучие крылья и донёсся дикий хохот филина, но быстро смолк. Лишь только Соловей-разбойник проснулся и попытался освободиться от сковывающих пут. Вадим подошёл к Соловью и шикнул на него, предупредив, что отрежет уши, если тот будет продолжать трепыхаться. Этого оказалось достаточно, и вскоре пленник успокоился и затих. Проверив узлы на верёвках, что стянули руки разбойника, Вадим вернулся обратно на свой пост.

Отдежурив положенное время, Вадим сменился и лёг спать, чтобы наутро вместе со всеми готовиться к продолжению похода. Немудрённый завтрак, короткая тренировка по фехтованию с де Рюзаком, и вот они снова идут по пустынной дороге.

В коротком сабельном бою с французом Вадим действительно почувствовал, что многие приёмы и движения он стал хорошо запоминать с первого раза, а сложные выпады мог интуитивно предугадать, пока весьма скромно, но, похоже, призрак не обманул, и это внушало веру в положительный исход будущего договора с богами.

К этому времени отряд уже довольно далеко ушел от Калуги. Двигались неспешно, да и много ли пройдёшь пешком за телегой, осторожничая и постоянно осматриваясь. Благо тракт раньше являлся очень оживлённым и сильно исхоженным и пока не сильно зарос сорной травой. Сейчас же путешествовать по нему для крестьян и простого купеческого люда оказалось очень опасно, они и не рисковали, всяк свояк в своём селе оборону держал, выезжали только небольшие отряды, да на лошадях.

Вот на один из отрядов и им и суждено было нарваться на следующие сутки. Они прошли весь день и остановились на ночь недалеко от тракта, разбив лагерь возле трёх могучих берёз, что словно окружили со всех сторон небольшую прогалину, заросшую густой травой.

Лошадь освободили от упряжи и она, довольно фыркая, тут же потянулась к молодой травке, желая насладиться свежей зеленью. Де Рюзак, вынужденно отдав боевого коня в ездовые, терпел недолго такое надругательство и вскоре, посчитав, что основные опасности уже позади, коль им больше никто не встретился, объявил, что телегу отряд снова потянет за собой.

Старший охраны Афанасий было возмутился, резонно заметив, что это замедлит продвижение отряда. Однако француз настаивал на своём.

— Не хотите волочь её за собой, идите пешком, раз так, — на ломаном русском и жестами объяснил шевалье. — Я вам плачу за сутки и мне некогда тянуть ваши пожитки.

Афанасий больше не стал спорить. Вещей и вправду у них немного оказалось, а коня почти уже съели, так на восьмерых здоровых мужчин мяса не напасёшься, да и пропасть оно может, потому на ужин доедали зажаренное вчера. Конина — это не свинина, но всё же. Дополнили нехитрую трапезу репой и огурцами, взятыми с собой, да грибами, набранными в пути. Грибов удалось собрать много, и теперь они весело кипели в котелке, проворачиваясь склизкими бочками. Мелькали благородные боровики, яркие красноголовики да коричневые обабки. Имелась в котелке и всякая грибная мелочь, вроде польского гриба или моховика, собранных так, для кучи. Лучше белых грибов могли быть только опята, пора которых уже почти наступила, дело только за дождями.