Перри перегнулся через мои колени, схватил Анину руку и прижал ее к своим губам.

– До встречи, красавица.

Перри исчез. Шум в зале достиг высшего накала. Джимми на ринге распластался на полу. Рефери отсчитывал время.

– Пошли отсюда, Ани.

Мы сели в такси и Ани спросила:

– Неужели будешь драться?

– Буду, даже пить брошу на эту неделю. Буду тренироваться в клубе.

– А любить, бросишь?

– Вот это нет. Это как спортивная подготовка, внесенная в программу тренировок.

– Ты сумасшедший, Эрнст.

– Мне это уже говорили.

Через неделю я выиграл бой и вырвал заказ.

Лондон. Январь. 1921г.

Боже, как Молли изменилась. Тогда на свадьбе, тощая девчушка висела на моей руке, а сейчас... Это распустившийся цветок, который так и хочется сорвать.

– Как же ты сейчас?

Мы сидим в баре и выливаем в себя коктейли замешанные на виски.

– А, никак. Вышла замуж. Неудачно. Второй раз вышла, на этот раз за англичанина. Пошла по дорожке своей сестры. И вот живу здесь, в Лондоне.

– А дети есть?

– Со мной дочка.

– Чем занимается муж?

– Недвижимостью. У него денег много, разбогател на военных поставках.

– Я вижу ты к нему не очень...

– А ты думаешь хорошо жить при живом муже, и чувствовать себя вдовой.

– Не понял.

– Чего понимать-то. Он завяз в грязных делах, закопался так, что только и жди, когда его пришлепнут. Дома то его нет.

– Ты сейчас работаешь или живешь на средства мужа?

– Работаю в Адмиралтействе.

– Да, ну! И кем?

– Референтом у первого лорда.

– Да что ты говоришь? Как же ты туда попала?

– Помнишь Майкла, репортера "Кроникал", он тебя очень любил. Майкл был первым моим любовником. Во время войны, он был аккредитован в Лондоне и тогда познакомился с лордом, правда, тогда он не имел отношения к Адмиралтейству. Когда я очутилась здесь, я встретила Майкла и пожаловалась ему на свою жизнь. Майкл помог.

– А где сейчас Майкл?

– Уехал с женой в Австралию. Но я хочу поговорить с тобой о другом. Лорду нужны деловые люди, причем преданные, подчеркиваю, пре-дан-ные. Я вспомнила о тебе и предложила ему твою кандидатуру. Он уже слышал о тебе и попросил меня организовать встречу, если, конечно, ты не против.

– Ты знаешь цель встречи?

– Да, сейчас Адмиралтейство списывает старые линкоры, лишний флот и нужен покупатель.

– Так. Значит я должен их купить, разобрать и продать металлолом, компаниям завязанными контрактами с Адмиралтейством на производство новых кораблей?

– Да, примерно так.

– Ну какую выгоду поимеет Адмиралтейство, я представляю. А что получишь ты?

– Пожалуй тебя. Я понимаю, что пока я на этой должности, я могу тебе пригодиться. Не так ли?

– Молли, ты идиотка. У меня есть Дженни, дочь, семья, черт побери.

– Причем здесь наши родственные отношения. Я то знаю, тебе нужно сто таких как Дженни. И потом, слава о твоих любовных подвигах известна всей Англии. Это во-первых, а во-вторых, тебе что, не нужны заказы. Я что-то не понимаю? Сейчас не такое время, что бы их терять.

– Молли, я сдаюсь.

– Вот и хорошо. Первый лорд тебя ждет завтра, в Адмиралтействе, а я тебя сегодня у себя дома, вечером.

Лорд оказался для меня находкой. Когда в стране трещали сотни компаний, я благоденствовал, упиваясь заказами Адмиралтейства. По дешевке считай 20 тыс. фунт. ст., мне достался немецкий плавучий док, полученный английским правительством, как компенсацию за потери в войне.

Док находился в Эдинбурге, и когда я приехал, то поразился, какого монстра купил. И самое важное. Для чего?

В доке находился огромный стальной цилиндр, длинной 122 метра и диаметром 12 метров. Как мне объяснили, эта штука использовалась немцами для испытания на прочность корпусов подводных лодок. Я пошатался по доку, пощупал, блестящую сталь цилиндров и поехал на верфи искать мастеров, что бы срезать для продажи весь металл. Что же, черт возьми, делать с доком?

Копенгаген. Июнь. 1921 г.

– Господин Петерсон, так вы берете металлолом или предложить его другим?

– Да, беру, беру, успокойтесь, Кокс. Я просмотрел документацию. Металл отличный. Я о другом.

Мы беседуем с господином Петерсоном, руководителем одноименной фирмы, в его кабинете.

– Вы жалуйтесь на нехватку металла, а его у вас под носом, тысячи тонн. Как бы вы Кокс посмотрели, если бы узнали, что на небольшой глубине, где-то от 20 до 30 метров лежит целый флот, 50 немецких судов, от миноносцев, до линкоров.