– Чего же я, дура, до этого не додумалась. Ты, Валька, такой умный. Это я сейчас.

Камень мешает ей одеть резиновую перчатку. Она нехотя, со вздохом возвращает его мне. Я запихиваю в карман халата.

– На. Была королевой на пять и минут и опять осталась ни с чем.

– Работай, а то у тебя сегодня производительности ни какой. Не забудь пришить мужику, то что ему принадлежит. Мало ли кто из родственников вдруг захочет посмотреть...

– И здесь, последней радости лишишь бедную женщину.

Я закончил зашивать девушку, составил акт экспертизы и отправился в курилку. Помимо Гошки, здесь смолит шикарные сигареты Колька-брехун.

– Валька завтра пришлют студентов, на практику, ты не хочешь с ними поработать?
– спрашивает он меня.

– Нет, вот чего не хочется так это возиться со студентами. В прошлом году трое у меня здесь облевались, а на остальных смотреть было противно.

– Ладно попрошу Марточку.

Марточке лет под тридцать, как и у всех профессионалов патологоанатомов, семейная жизнь у нее не сложилась, живет без мужа, тянет дочку третьеклассницу.

– Правильно. У нее к детям подход...

Дверь в курилку резко открывается, на пороге стоят двое. Один из них следователь Мишка в темно синем свитере, другой, с суровым лицом и в костюме с галстуком, нам неизвестен.

– Привет, ребята, - следователь поднимает сжатый кулак, он брезгует пожимать наши провонявшие руки.
– Николай, Перфильеву Надежду смотрели?

– Это какую? Погоди, Максимыч, они же у нас все под номерами. Сейчас вспомню, номер... шестнадцать. Ну да, номер шестнадцать. Валька только что снял экспертизу.

– Ты мне, как в тот раз, не ошибись, помнишь, подсунул бабу вместо мужика. Где у тебя документы, пошли.

– В тот раз сами все напутали, - ворчит Николай.
– Валя, ты документы на место положил?

– Положил.

Они идут на выход.

– Сейчас меня потащат, - говорю я Гошке затягиваясь сигаретой.
– У меня вещь док в кармане, я его не сдал, а в акте записал...

– Ага, - отрешенно кивает он.

– Мальчишки, - в курилку заскакивает Марта.

Ее волосы собраны в шапочку, а на привлекательном большеротом лице, торчит большой горбатенький нос.

– Мальчики, новость то какая. Вы видели следователи пришли, так вот, за ними к нам приперлась целая толпа соболезнующих, оказывается сюда попала дочка министра.

– Подумаешь, новость, - пренебрежительно сплевывает на пол Гошка.
– В нашем заведении, что министр, что бомж, все равны.

– Но не скажи. Хоронить то их будут по разному.

– Эй, Валя, - в дверь просовывается голова Кольки, - иди тебя зовут.

– Началось...

Я и двое прибывших, расселись в кабинете глав врача. Кольку попросили убраться и он обиженный ушел. Следователь и незнакомец тщательно изучают мой акт экспертизы.

– Все это правильно, - тянет Мишка, делая серьезное лицо, - и вы поработали профессионально, но... в интересах следствия, все же акт придется переделать.

– Как переделать? Разве я что-нибудь упустил? Что-нибудь не так?

– Все так и все не так. Я не могу вам много раскрывать, но такой акт будет взрывом бомбы в обществе.

– Ничего не понимаю.

– А вам нечего понимать, - басом говорит незнакомец.
– Вам сказали, такой акт нигде не должен фигурировать. Вы должны написать новый, что она умерла, ну например..., - он вопросительно смотрит на Мишку, - ... от чего-нибудь такого... не насильственного...

– Чтобы не заводить дела?
– подсказываю я.

– Слава богу, догадались.

– А кто вы такой?

– Служба безопасности, вот мои документы.

Незнакомец протягивает свою красную книжечку. Да, передо мной полковник из ФСБ Самойлов А.И.

– Но у меня есть вещ док.

– Оставьте его себе, подумаешь какой то камень, который на ее смерть не оказал никакого влияния. Садитесь лучше за стол и пишите новый акт.

Ничего себе какой то. Хотя сам виноват, написал там без эмоций: "При вскрытии в кишечнике был обнаружен посторонний предмет (камень), который не способствовал ее смерти..." Полковник рвет на части мое заключение. Я как парализованный сажусь в кресло глав врача и заполняю новый бланк.

– Если я запишу, что смерть наступила в результате кровоизлияния в мозг по причине врожденной аномалии сосудов, вас это удовлетворит?

– Вполне, - кивает Мишка, - такое бывает нередко

Я отдаю им новый акт. Они снова тщательно изучают его.

– Теперь все в порядке. Сейчас в комнате администрации, на основании этого заключения, мы получим акт смерти Перфильевой и отдадим родственникам. А то их понаехало сюда...

Марта ждет меня у входа в курилку.

– Пойдем, я тебе покажу кто пришел. Сам министр... со своей свитой.