В центре города, в то же время…

— Как я уже и сказал, это единственный шанс, — напирал Арман. — У вас осталось полтора часа и никаких очных ставок сделать не успеете.

— Специально так подстроили? — обхватив голову руками и упёршись локтями в стол, прошипел начальник оперативного штаба.

— Справедливости ради, вы сами опоздали. Ну, что? Один звоночек Леонарду Себуле — простая просьба, и вы получаете почет, звание, возможно даже кабинет директора ФСК, а многоуважаемый министр — сладкую месть, подавленную революцию, возвращение авторитета и знающего советника в придачу… Или вы отказываетесь, а там уж, как карта ляжет?

Оборотень не скрывал торжества в голосе и жестах. Он знал абсолютно всё или настолько ловко блефовал — агент не мог понять и перестал даже пытаться. Он столько раз за этот разговор повторял фразу: "Откуда вы знаете?", что сам уже чувствовал себя голым перед бизнесменом. Наконец, его взгляд оторвался от стола.

— Хорошо, я звоню. Но информацию я получу от вас сразу же.

— Конечно-конечно, — Арман театрально достал из внутреннего кармана листок, сложенный пополам и положил его под свою ладонь. — И громкую связь, пожалуйста.

Разговор получился коротким и напряжённым. Себула был на той стадии опьянения, когда все вокруг козлы, неучи и трусы. Но это не помешало ему здраво рассуждать и задавать вопросы: "И зачем мне это?", "Видите ли, ваша политическая устойчивость под большим вопросом, а чем говорит…" — уверенно отвечал оборотень. "Мне нахер это правительство не сдалось, я уеду и все!", " Прошу простить за бестактность, все знают, что ваша милая жена… не уедет с вами". "Серым кардиналом решил заделаться?!" — кричал из динамика министр, "Почему нет? Будете жить спокойно, лишь подписывать бумажульки, получать всё те же, или даже большие, блага. А к блохастым тварям и их уровню жизни, насколько я могу судить, вы уже давно охладели и боярам отдали их в полное распоряжение" — без запинки парировал Арман.

Через десять минут агент уже сидел в ресторане "Славная охота" один за столом с небольшим листком в руках: "18:00, Зелёная улица, дом 15, через офис 3, помещение 8. Идти за мужчиной 50+, не показываясь до открытия третьей двери внутри офиса!". Он набрал номер дежурного федеральной службы контроля, чтобы все "его люди", включая больных, ушедших на выходной, занятых поисками и вообще имеющих возможность держать в руках оружие, поехали с ним по адресу. Но в трубке раз за разом раздавались лишь долгие гудки.

Чуть ранее, в подвалах…

Вендиго взвыл от нестерпимой боли. Он чувствовал, как его тело отторгает прожженные мышцы, как они свисают с него кусками. Волк не видел перед собой больше ничего, кроме фиолетовой слепящей вспышки. Тогда он услышал тихий голос:

— Сын…

Оборотень с силой зажмурился и вновь открыл глаза. Мама лежала совсем рядом, перебарывая мучения, тянулась к нему. "Я должен". И он встал, отряхнулся, отрывая от себя мертвые ткани и бросился на, рано расслабившегося, мужчину. Все произошло за доли минуты — в ход пошли и когти, и, потерявшие чувствительность, зубы и собственный вес. Вендиго повалил противника, разорвал его живот, проломил ребра, вспорол сосуды на жилистой шее. Адреналин разносился по каждой клетке его тела, даря эйфорию. Он воплотился в промежуточную форму. Ожоги разрослись в размерах, но ему было все равно. Миранда тяжело дышала у него на руках. Она потеряла сознание, когда сын подхватил её и побежал прочь из подвалов ФСК.

На улице путь ему преградил дежурный, услышавший странные звуки в одной из камер. Но и ему больше было не место среди живых. Скорчившегося, истекающего кровью, волк оставил его позади. Запищала тревога. Десяток силовиков повыскакивало из офиса. Землю под ногами Вендиго взрывали пули, рядом слышался треск магических лучей, но он продолжал бежать, не останавливаясь. Ещё один мужчина, второй, третий — со смертельными уродливыми ранами они валились, лишь попытавшись приблизиться к оборотню. Когда автоматные очереди заглушали уже всё вокруг, он добрался до служебной парковки, встал перед, только что прибывшим, автомобилем и, открывая дверь, рявкнул:

— Делаешь, как я говорю и останешься жив, — он аккуратно уложил матерь на заднее сидение, а сам втиснуться рядом с водителем. — Мы знаем где живут ваши жены и учатся дети. Только попробуй сделать что-то не так.

Повторять дважды агенту не пришлось. Он, весь сжавшись, трясущимися руками провернул руль и выехал на улицы города. Следом за ним уже собирался "хвост". Вендиго заставил мужчину, захлёбывающегося собственными слезами, выбросить из окна оружие. Они разогнались до предела и, избегая столкновений одно за другим, мчались всё дальше от центра.

"Всем постам! Белый служебный седан, номер…", "Передайте другим группам, чтобы ехали по трассе… Да, это он! Его мать была на допросе, Алекс выкрал её!", "К черту твой патруль, нам головы поотрывают, если упустим…", "Говорит агент ФСК, полиция должна заблокировать проезд на…", "Нас тут машин сорок, это точно ловушка!" — звучали по всему городу рации, громкоговорители, телефонные звонки. В небо взлетали вертолеты, гудели сирены. Город взревел, вспучился, покрылся рябью, съезжающихся со всех его концов, автомобилей.