– Здравие желаю, Георгий Максимыч! –Радушно приветствовал его городовой, подводя Сергея к деревянной, разделительной стойки. И добавил грозно взглянув на Кондрашёва. – Стой тут.

– И тебе Василич не хворать. – Уставшим голосом ответил хозяин кабинета, глядя поверх очков на вошедших. – Доставил, значит.

– Доставил, господин секретарь! В целости и сохранности, одежонку, кой какую ему выправил, накормил. Так что не извольте сомневаться! Целый целковый потратил из своего скромного жалованья. Позволите получить?

– Ну, хитрец! Небось с пьяньчужки какого ни будь снял, одежонку то?– Улыбнувшись, сказал секретарь. И уже серьёзней, добавил. – Полтинника хватит за глаза.

– Обижаете, Георгий Максимович! Цельный целковый!

– Не торгуйся, я тебя прохвоста знаю. Значит, опросить этого господина, ты успел?

– Опросить то успел, да толку мало. – Немного обиженным голосом сказал городовой. – Ничего не помнит, знать сильно его по голове стукнули.

– Никто по голове меня не бил. – Вступил в разговор Кондрашёв.

– Не волнуйтесь, мы с этим разберемся. – Ответил секретарь, заполняя какую-то бумажку, и протягивая её городовому, добавил. – Вот ступай в кассу, да по дороге скажи там, что бы привели твоего утреннего задержанного. Заодно очную ставку произведём и опознание.

– Премного благодарен. – Отчеканил Андрей Васильевич, и повернувшись на каблуках вышел из комнаты.

– Ну с, Теперь с вами разберемся. – На этот раз секретарь обратился непосредственно к Сергею, и достав из стола бланк, макнул в чернильницу перо. – Имя, фамилия, отчество?

– Кондрашёв Сергей Сергеевич.

– Год рождения?

Сергей понял, что говорить свой реальный год рождения ему не стоит, и быстро вычислив новую дату, ответил.

– Одна тысяча восемьсот восемьдесят шестой год, – и неожиданно для себя добавил. – От рождества христова.

Секретарь внимательно посмотрел на него поверх очков.

– Это я знаю, что от рождества Христова. – Ответил он, макая в очередной раз, перо в чернильницу. Продолжая заполнять бланк, бормотал себе под нос, словно подсказывая себе, что писать дальше. – Пол. Понятно. Национальность – русский. Вероисповедание – православный. Сословие?

– Не помню. – Сергей и правда не знал ответа на этот вопрос, поэтому решил отделаться универсальным ответом.

– Сословие не помните? – Удивился секретарь, и оторвавшись от бумажки внимательно посмотрел на Сергея. – Адрес проживания?

– Не помню. Помню что Санкт- Петербург.

– Ну хоть это. Что можете показать по поводу утреннего происшествия?

– Немного. Очнулся, голый за домами. За большими, деревянными домами. Вокруг стояли люди. Какой-то паренёк дал мне тряпку прикрыться, а потом появился Андрей Васильевич со своим помощником. Паренька арестовали, а меня увезли на опорник. Там чаем напоили, ну и одежду эту дали. А потом сюда привезли.

– Опорник? Интересное слово. Не слышал такого, хотя и понимаю, о чём вы говорите.

«Надо быть впредь более осторожным, – подумал Сергей». Игра в Штирлица начинала его забавлять. Его мысли прервал приход стражника, который привел утреннего паренька. Вид последнего с утра, сильно изменился. Нижняя губа была разбита, под левым глазом назревал синяк, ворот рубахи был разорван.

– А вот, кстати, и гражданин Кирпичёв. – Представил доставленного секретарь. – Вы знаете этого гражданина?

– Ваше благородие, да скажите вы им, что я ничего не делал, только тряпочку вам принёс. – Заголосил Кирпичёв, обращаясь к Кондрашёву.

Стоящий рядом с ним стражник легонько ткнул в бок говорящего. Тот осёкся и замолчал.

– Он правду говорит. – Согласился с ним Сергей. – Вкруг меня собралась куча народу, он появился позднее.

– Так, значит, вы не имеете намерения выдвигать обвинения против этого гражданина? – Секретарь поглядел поверх очков на Кондрашёва.

– Абсолютно никаких. – Сергею было жалко парня, попавшего не в то время, в не то место.

–Тогда распишитесь вот здесь, и здесь. – Полицейский чин положил перед Сергеем заполненный бланк, и указав места для подписи, дал в руку перо.

Кондрашёв вывел свою подпись старательно, пытаясь соблюсти общий стиль с написанным, пестревшим бесчисленными завитушками.

– Хорошо, с этим разобрались. – Удовлетворённо сказал секретарь. И обращаясь к стражнику, добавил. – Отпускай его. А вам, Тимофей Кирпичёв, я посоветую поменьше совать свой нос в чужие дела, и побольше времени проводить на работе. Благодари господина Кондрашёва за его доброту.