Я бросился в дом и, растолкав Эйрида, прикорнувшего после обеда, велел ему немедленно седлать коней. А сам жадно набирал энергии из топящейся печки. Потом побежал на сеновал и вытащил из укромного места свою денежную заначку.

Прежде, чем выбраться со двора, я сварганил мощный щит – неизвестно, как отреагируют жители на наше бегство. Как-никак целый тулат – сумма большая. Когда ехали на север по улочке селения, я видел жителей, кто-то смотрел на нас с удивлением, кто с растерянностью, а кто и со злобой. Но стрелять в спину никто не стал. То ли мой статус грасса помешал, то ли тот факт, что тулат (а это двадцать балеров) получит не один человек, а будет разделен на многих, сыграл свою роль. Кому хочется рисковать своей жизнью ради одного-двух балеров?

Пока ехали, удаляясь от селения, я думал о названной сумме премии. Всего один тулат, но Эйрид в первый день нашего знакомства сказал, что за его голову назначена награда в десять тулатов. Что-то не сходится. Но потом, поразмыслив, я, кажется, догадался в чем дело. Нет, Эйрид, думаю, не солгал. Действительно, за его поимку назначили десять золотых монет, а заглянувший в селение шпик решил подзаработать. За Эйрида получит десять тулатов, один отдаст за информацию, а остальные девять монет достанутся ему.

Так? Возможно, хотя, думается, реально шпик получит намного меньше. Сколько? Один или два тулата, и то много. Основная сумма выплаты достанется начальству, а оно поделится гонораром с теми, кто командует солдатами, что сейчас должны окружать селение.

Видимо, аналогичные мысли были и у Эйрида. Иначе с чего бы он, кусая губу, спросил:

– Вучко, а почему ты меня спасаешь?

– Почему? – Я задумался, молча обдумывая вопрос парня.

– И не в первый раз, - продолжил Эйрид.

Конечно, не в первый. А что я должен делать – бросить парня, отдать на расправу людям тарграсса Фрейфа? Эйрид, кстати, меня самого не бросил, когда я слег после купания в холодной реке. А мог бы, прибрав почти сотню тулатов, оставить меня умирать на холодной земле. Впрочем, даже и без этого поступка Эйрида я бы не бросил. Иначе стал бы себя презирать. А парню ответил вопросом:

– А ты почему меня у реки не бросил? Столько денег!

Эйрид насупился, а потом меня огорошил:

– А я и хотел так сделать. Уже сделал. Только противно как-то стало. Вот и вернулся, а тебе соврал, что за помощью ходил.

– Постой, постой, но я помню, как меня дюжий такой мужик тащил. Ты же его с собой привел.

– Нет, просто он на обратной дороге мне попался, вот я и сказал, что за помощью ходил. На самом деле соврал.

– Понятненько, - я немного опешил от раскрывшейся истины.

Вот, оказывается, как оно. Все-таки хотел меня бросить и с деньгами уйти. Но вернулся же! Ладно, забудем. Но парень и приврать может. Интересно, что еще он мог сочинить?

– Про десять тулатов награды за твою поимку тоже соврал? – Я решил прояснить и этот момент.

– Нет, всё правда, я сам слышал, как про десять золотых говорили.

– Ладно. А что тогда ты еще приврал? Не один же раз соврал?

– Да я не знаю, - Эйрид заменжевался.

– Ну-ка, колись про то, почему за тобой такая охота ведется.

– Я же говорил тебе, Вучко, что я сын эрграсса Верне. А не простой грасс какой-то.

– Ну и что? Да кому ты теперь нужен? Я имею в виду твое происхождение. Фрейфу не опасен, Райчену не нужен, даже лишний будешь. А за тобой охоту по всем землям устроили. Даже в неблизкую Миртерию сообщили.

– Старые артефакты, что у отца были, найти хотят.

– Да? И какой от них прок, если даже твой отец не сумел ими воспользоваться? Рилийские маги посильней оказались. А ты и вовсе волхвовать не умеешь. И что ты с артефактами будешь делать? Любоваться?

Эйрид насупился.

– Скажи мне правду.

– Но я сказал. А больше я ничего не знаю.

– Тогда я могу тебе сказать, из-за чего за тобой такую охоту устроили. Сказать?

– Скажи.

– У твоего отца казна была очень большая. Силетия страна богатая. Не сейчас, конечно, а при старом тарграссе. А Верни сумел завладеть сокровищницей тарграсса. А когда рилийцы взяли замок, денег и прочих ценностей не оказалось. Вот так-то. Кстати, возможно, там и артефакты были, но это так, попутно. Главное – казна. Ее куда-то спрятали, затворив заклятьем крови. А ты сейчас единственный, кто сможет отворить наложенное заклятье. Ты разве не знал?

Я впился в лицо Эйрида, пытаясь понять, знал он или нет. Если знал, то мне врал про артефакты. По крайней мере, про клад не говорил.

– Ну, так как, знал? – я повторил вопрос.

– Немного. Только я не понимал, что все это из-за денег. Мама и тетя про казну говорили, но только вскользь, а я внимания не обращал. Слышал про казну – и слышал. Вот про артефакты у меня больше в голове осело. Я когда еще маленьким был, мечтал их найти и стать великим магом. Да и сейчас, пусть и не так сильно, об этом мечтаю. Хотя понимаю, что блажь это. Ты прав, если я и найду потерянные артефакты, мне с ними не справиться. Никому не пробудить их.