«Логичный вопрос, которым я должен был задаться сам, – думал бог. – Но я и правда слишком свыкся с ролью… Карать, не думая. Не спрашивая». Возможно, именно поэтому сейчас ему хотелось знать, что на самом деле произошло между Сетом и Осирисом.

Возможно…

– Каждому грешнику нужен шанс на исповедь.

– Я не могу исповедоваться, – ухмыльнулся Сет.

– Или не хочешь?

Грешный бог задумчиво покачал головой. Без ехидства, язвительности и бравады, к которым привык его племянник.

– Раньше ты называл меня братом. Не дядей и не убийцей.

Анубис отчётливо понимал, что Сет менял тему, отвлекал. «И пусть. Этот разговор необходим, чтобы понять…»

– Говорят, теперь ты зовёшь сестрой Селкет, хотя и она ей не является. Вы стали так близки?

– При чём здесь Селкет? В отличие от тебя она никогда не убивала никого из семьи. Она следует своему долгу. И достойна быть мне не только тётей, но и сестрой. Тебе ли удивляться размытым семейным границам богов?

– Ты прав. Меня радует лишь то, что я останусь самым свободным и интересным членом нашей семьи.

– Ты останешься убийцей Осириса!

– Он жив! – впервые истинные чувства Сета прорвались криком.

– Лишь благодаря Царице, – спокойно ответил Анубис.

– Да неужели…

Сет прикрыл глаза, прислушиваясь. Время в пустоте между Дуатом и миром смертных протекало иначе, но грешный бог, что прожил так долго среди людей, мог определить его границы.

– Прости, Инпу. Твоё время вышло. Три дня по исчислению смертных.

Анубис предполагал, что так случится. Он даже был к этому готов.

– Если я принесу Царю твою голову, кара за аментет и хекау не настигнет меня.

– Не принесёшь. Не захочешь. Ведь ты так и не узнал, почему я убил Осириса. Ты древний мудрый бог. И знаешь, что ответ на этот вопрос способен изменить всё. Пусть и не можешь это сразу признать.

Сет упал в пролом, созданный его божественной силой. А Каратель даже не попытался его схватить. Напоследок в пустоте прозвучал голос грешного бога:

– Инпу, когда пойдёшь к Осирису отдавать свою силу, подумай вот о чём. Царь Богов засиделся, ослаб, потерял бдительность. Он сам это понимает и готов лишить собственного Карателя мощи, только бы доказать, что его длань крепка. Он даже не думает, что без тебя может настать хаос. Что ты – его главный защитник.

– Лжец! – зарычал Анубис голосом самой смерти, которая не могла достать Сета.

– Подумай о моих словах, Инпу. И, прежде чем отдавать божественность – поговори с Царицей. Она любит мужа всем сердцем, но её взор не затуманен обманчивой нерушимостью власти. Выбор за тобой. Отдашь силы – и Осирис останется совсем слаб. Ослушаешься – и сможешь помочь отцу спастись.

Голос растворился, оставляя Анубиса наедине с его тревожными мыслями.

– Отец знает, что делает. Он – Царь Богов, он – мудрость вселенной…

Решимость бога прервало ещё одно воспоминание.

«Каратель, молюсь тебе, защити смертных от ужаса Красной Земли…» – молитва грешной аментет впилась в мысли глубже, чем слова Сета. «Она молилась, зная, что я отправлю её в небытие, – думал Анубис. – Боялась, что существо, за которым не уследила Селкет, пойдёт убивать невинных…»

Бог понимал, что это могло быть уловкой. Попыткой смыть грех. Но в молитве девушки было столько отчаяния и надежды…

«Когда люди молятся перед ликом смерти – они не лгут». Кто уничтожил бы чудовище, не будь у его сил? Кто отозвался бы на мольбу?

Амт никогда не покидала Дуат. Правящие в сепатах боги утопали в других мольбах и не могли услышать сразу все. Сама Селкет была привязана к Та-Дешрет, ведь без её присутствия там мир оказался бы перед угрозой пришествия полчищ чудовищ. «Разумеется, кто-то справился бы. Кто-то пришёл бы», – не сомневался Анубис.

Но богов было мало. «И лишать меня силы действительно… cтранно. Словно это показательное выступление, а не продуманный план». Бог едва не задохнулся от греховности собственных мыслей.

– Нет! Царь Богов не делает необдуманных поступков!

Анубис сжал посох, пытаясь смириться с тем, что ему предстояло сделать. Отведённый на поимку аментет и маа-херу срок прошёл. «Я никогда не ослушаюсь приказа. И сейчас мне приказано отдать свои силы до тех пор, пока я не докажу, что достоин их…»

Бог открыл путь в Дуат, перемещаясь сразу к вратам Зала Судилища.

«Подумай о моих словах, Инпу. И, прежде чем отдавать божественность – поговори с Царицей. Выбор за тобой. Отдашь силы – и Осирис останется совсем слаб. Ослушаешься – и сможешь помочь отцу спастись».