Стараюсь незаметно насладиться видом его подтянутой фигуры и широко разведенных ног.

Всё-таки смотреть на Кострова – это эстетическое удовольствие, сравнимое разве что с королевскими залами Эрмитажа. И в моменте прекрасно, и послевкусие приятное.

А уж наощупь… Боже, Ива! О чем ты думаешь?..

– Уверен, потому, что ты бы ни за что не легла в постель с человеком, который тебе неприятен.

Вспыхиваю, вспоминая прошедшую ночь.

А ведь и правда, если не считать детство – мы знакомы всего ничего. Сутки. А я уже успела провести с ним ночь. Пусть и совершенно невинную.

– А ещё ты хотела, чтобы я тебя поцеловал там, на набережной, – проницательно выговаривает Вэл. – Я видел. И ответила на поцелуй сейчас.

Закусываю губу и размышляю над этим. Пожалуй, мужчины замечают намного больше того, чем мы стремимся им показать. И всё же как интересен этот мир?..

Женщины строят из себя загадочных особ, а их рыцари всё видят и делают свои выводы.

– Ну и я же не идиот, чтобы задавать вопрос, на который не знаю ответа, – заканчивает Вэл свою логичную речь.

– Ты точно не идиот, – легко соглашаюсь и зеваю. – Расскажи мне что-нибудь. Иначе я усну.

– Что?

Вэл ведет подбородком по моему виску и вдыхает воздух с кудряшек. Крепкое тело подо мной подрагивает. Будто ему и вправду доставляет это удовольствие.

– Что ты хочешь знать, Ив? – спрашивает ещё раз абсолютно открыто.

– Не знаю, – смеюсь тихо. Вообще, мы стараемся говорить почти шепотом не потому, что водитель услышит, а так словно принято. – Мне хорошо здесь, Вэл, я хотела бы долго вот так ехать и разговаривать с тобой.

Сказав это, тут же пугаюсь. Так наивно и по-детски.

Не слишком ли я откровенна с ним?

– Это взаимно, Кудряшка, – отвечает Вэл, крепче меня обнимая.

Потирает шершавый подбородок пальцами и усмехается:

– Рассказать… Ну, однажды наша болельщица, совсем ещё маленькая девочка по имени Ариэлла, пришла на игру с огромным плакатом, сделанным из ватмана.

– И что там?

– Текст был примерно такой: «Дядя Вэл! Забей, пожалуйста, три гола, тогда папа купит мне щенка».

– Боже! Как мило! И ты забил? Ну… три гола?

– Нет, – отвечает он сконфуженно.

Смеясь, бью кулачком в твердую грудь:

– Как ты мог, Костров? Это ведь ребенок.

– Матч был против испанцев. Выиграть было практически нереально, а уж три гола – вообще, сказка.

Несколько минут едем молча.

Я раздумываю, как это наверняка непросто для такого, как Костров, всё время бороться за победу. Поражения бывают часто и надо уметь их принимать.

Вэл… я думаю, вспоминает тот матч. Проститься с любимым делом сложно, уверена, он ещё долго будет ловить флешбэки и становиться молчаливым.

– Ты больше с ней не встречался? Ну, с этой девочкой.

– Встречался, – проговаривает, трудно вздыхая. – Привез Ариэлле щенка лабрадора через неделю после того матча.

– Ещё чуть-чуть и я заплачу от умиления, – смеюсь.

– Девочка назвала его Костром, в честь меня.

Качаю головой.

Он всё-таки невероятный человек, мой друг из детства.

Машина заезжает на территорию уже знакомого мне отеля, и я нахмуриваюсь. Возмущение вот-вот выйдет из берегов. Он ведь не думает, что я буду…

– Гостиница? – морщу носик.

– Только не фантазируй глупостей, малышка, – быстро проговаривает Вэл, становится серьезным. – С учетом того, что у нас здесь ни Москва и хороших ресторанов мало, забронировать стол в одном из них за сутки до Дня святого Валентина просто нереально. Поэтому пришлось выкручиваться.

– Да уж, – недовольно проговариваю.

– Не ворчи, – Вэл шутливо сжимает мой носик и выбирается из такси.

Глава 10. Контрольный выстрел Раху.

Выбираюсь из машины следом за ним, озираясь.

– Мне как-то неудобно, – признаюсь честно. – Чувствую себя твоей любовницей. Или фанаткой.

– Поверь мне, это не так неприятно, как кажется, – бормочет он.

Явно с сексуальным подтекстом.

Уверена, что быть его любовницей… ммм… увлекательно!

Посмеиваясь, заходим в просторный светлый вестибюль. Костров регистрирует нас, как постояльцев. Стройная блондинка в строгом деловом костюме, явно мечтающая оказаться на моем месте, передает моему спутнику ключи, и мы неспеша направляемся к лифтам.