Идея отправиться в Акисмон принадлежала им с Марком, и Паоло надеялся, что новый опыт для всех будет приятным, а не травматичным.

Они продолжали молча спускаться дальше, проигнорировали встретившийся по пути второй столик с сувенирами и вскоре в просвете между деревьями и известняковыми скалами увидели широкий деревянный настил – он тянулся по краю бездны. Хоть все четверо успели многое повидать, от открывшегося с этой площадки вида они онемели. Перед ними разверзлась величественная, невероятных размеров пропасть. Они стояли у Пещеры ласточек.

Зал аутопсии занимал нижний этаж бывшего морга в пристройке университетской больницы Маркес-де-Вальдесилья, но кабинеты судмедэкспертов находились чуть выше по улице, в том же здании, что и Сантандерский суд. Клара Мухика обычно не пользовалась главным входом, предпочитая запасной, который вел прямиком в кабинеты службы судебных приставов и в архивы. Туда она и влетела стремительно, доверив обоим своим помощникам, Педро Мигесу и Альмудене Кардоне, производить вскрытие болотного трупа без нее. Клара сгорала от любопытства. Когда-то в университете они изучали что-то очень похожее на то, что обнаружилось при осмотре тела Ванды Карсавиной, но у Клары сохранились лишь смутные воспоминания, она даже не предполагала, что может столкнуться с подобным сама. Кому вообще в двадцать первом веке мог прийти в голову такой странный метод убийства?

После того как Валентина по телефону сообщила, что личность принцессы установили, это лишь усилило интерес Клары. Час назад она получила результаты экспертизы и не поверила своим глазам. Она минут сорок прочесывала интернет, рылась в книгах и архивах, так что у нее успело сложиться достаточно четкое представление о том, как именно была убита Ванда Карсавина, но изумление не ослабевало. Клара в который раз перечитала заключение, полученное по факсу из Мадрида, и набрала номер Валентины. Поразительный способ убийства имел, скорее, второстепенное значение, но многое говорил об убийце – о его странном образе мышления.

Из коридора донеслись быстрые, энергичные шаги, судмедэксперт поняла, что это Валентина Редондо и сержант Ривейро. Когда дверь открылась, Клара даже не оторвала взгляда от монитора.

– Ну наконец-то. Я думала, вы приедете раньше.

– Я тоже. Но пришлось доложить капитану, а он, скажем так, чуть не лишился чувств, – ответила Валентина.

– Можешь не объяснять, будто я Карусо не знаю, – улыбнулась Мухика.

– А потом надо было связаться с твоим приятелем Талаверой, чтобы он отправил запросы в телефонные компании. Посмотрим, получится ли отследить телефон принцессы.

– Звонить его светлости в такую рань? Ох, Валентина, вы так никогда не подружитесь. – Клара знала, что, несмотря на взаимное уважение, у Редондо и Талаверы никак не получается найти общий язык.

Валентина криво усмехнулась, и они с Ривейро сели напротив стола Клары. Ривейро искоса взглянул на стол для переговоров, который, судя по всему, использовать никто не собирался. Валентина не стала терять времени и заговорила:

– Спасибо, что согласилась встретиться. Знаю, ты проводила вскрытие тела с болота, но нам позарез нужно выяснить детали смерти Ванды Карсавиной, отсюда мы поедем в конюшни и в Фонд Комильяса.

– В конюшни? Во дворец Ла-Магдалена?

– Да. Она жила там, ее пригласили прочесть курс по средневековой истории.

Ривейро, уже державший наготове блокнот, вмешался:

– Только, Мухика, в этот раз давай попонятней, ладно? Без этих ваших терминов, а то я потом в своих заметках ничего не разберу.

– А он у тебя сметливый, – хмыкнула Мухика, – писать умеет.

Ривейро, давно привыкший к колкостям судмедэксперта, лишь улыбнулся. Они были знакомы много лет, и отношения у них сложились вполне непринужденные.

– Давай уже, рассказывай, – поторопила Валентина. – Ты полагаешь, Ванду Карсавину убили с помощью средневекового бальзама из… как его… дурмана? Или это растение иначе называют?

– Трава дьявола, – опередил Ривейро судмедэксперта и что-то записал в блокнот.

– Именно, – подтвердила Мухика. – Так в народе прозвали это растение еще в Средние века. Вообще говоря, считается, что легенду о ведьмах, летающих на метлах, можно объяснить тем, что они давали показания, засунув себе в вагину древко метлы, смазанное бальзамом на основе дурмана, отсюда все эти необыкновенные видения и мощные оргазмы, о которых говорится в средневековых источниках.

– Ты серьезно? – изумленно вытаращил глаза Ривейро.

– Разумеется, серьезно. Белладонна, мандрагора и дурман имелись у всякой уважающей себя ведьмы, милый мой. Эти растения использовали в качестве психотропных веществ, для погружения в транс, для колдовских ритуалов и, конечно, во время оргий. Проблема в том, что концентрацию активных веществ, содержащихся в этих растениях, а именно алкалоидов типа атропина или скополамина, рассчитать сложно, поскольку это зависит от типа семян, так что в основном растения, в том числе дурман, использовали, как правило, наружно и в небольших количествах. Кроме прочего, дурман довольно широко применялся как средневековый анестетик или анальгетик. Но если превысить дозу, то смерть фактически гарантирована. Дурман – самое смертоносное растение из семейства пасленовых.