— Спасибо. Принимаю. Видимо, это обычная практика, просто я не была в курсе, я же раньше нигде не работала. Впредь буду осторожнее и аккуратнее, — Илона встала.

Больше всего ей хотелось надеть на голову теперь уже бывшего шефа один из цветочных горшков, стоявших на окне, однако Илоне удалось побороть это желание. В конце концов, она и сама повела себя в Швейцарии так, как повела.

* * * * * * * *

— Ну вот и всё, — грустно сказала Татьяна Юрьевна. — Я предупреждала тебя о том, что добром эта затея не закончится. Потеряли такого ценного работника, талантливую девочку. И я хороша. Нужно было проявить твёрдость и принципиальность. Она же такая открытая была, доверчивая. Представляешь, что теперь думает о людях? Как разочарована?

— Таня, но мы ничего не делали с тобой. Мысли и планы — да, были. Мейер сам начал слюной истекать, едва увидел девчонку. Да и она не слишком упиралась.

— Это разные вещи, Гера! Взаимный интерес — это одно, а наши помыслы и надежды — совсем иное. Жаль. И очень неприятно.

— Интересно, а откуда Илона Андреевна узнала обо всём? Вот в чём вопрос.

— Кстати, да, Ребров! Мы с тобой обсуждали это всё только наедине.

— Похоже, в Цюрихе нас пасли. А общение Илоны Андреевны и Мейера продолжается.

— Может, к нему и собирается? А, Ребров? Чем чёрт не шутит! Видел, какое кольцо у неё? Целое состояние стоит.

— Не думаю, что собирается к нему, Таня! Она же сказала, её переезд не связан с командировкой. Кольцо, может, и подарил. Но на что-то более серьёзное Илона Андреевна вряд ли может рассчитывать. Такие, как Мейер, никогда не женятся на таких, как она.

— А жаль, — вздохнула Татьяна Юрьевна. — Очень жаль. И ещё жаль, что получается, Мейер был в курсе наших планов, и это не удержало его от соблазна. Бедная девочка. С одной стороны — мы со своими играми, с другой — Мейер со своей похотью. Конечно уж, как против такого мужчины устоять, он задействовал все ресурсы, чтобы заполучить Илону. Ужасно.

Татьяна Андреевна сделала всё, чтобы увольнение Илоны прошло быстро и без проволочек. Герман Леонидович распорядился, чтобы к расчёту добавили хорошие премиальные.

Собрав все свои вещи, Илона вызвала такси. Она ещё была на пути к дому, когда почувствовала сильную головную боль и озноб. Девушка поняла, что заболевает. Это и неудивительно, так как эпидемия гриппа была в самом разгаре, а Илона постоянно ездила в общественном транспорте. Это сегодня она вызвала такси, поскольку увозила свои пожитки с рабочего места.

Илона не слишком волновалась о потерянной работе: она неплохо зарабатывала переводами. Однако следует вплотную заняться поиском работы. Илона не очень любила дистанционный способ работы, ей нравилось живое общение с людьми. К тому же, навыки переводчика необходимо было совершенствовать.

Дома Илона сразу приняла жаропонижающее и рухнула в постель, ведь прошлую ночь провела без сна. К утру температура поднялась до отметки сорок. Была суббота, и перепуганная мама вызвала для Илоны скорую. Илоне сделали укол, но от госпитализации она отказалась.

Однако к вечеру пришлось вновь вызывать бригаду, потому что температура не сбивалась, а наоборот, ещё немного поднялась. Илона начала проваливаться в состояние бреда. Врачи вновь сделали Илоне укол и приказали родителям Илоны собрать сумку. Так Илона оказалась в больнице.

Температура поднималась до таких высоких отметок из-за того, что грипп осложнился бактериальной инфекцией, началось двустороннее воспаление среднего уха, средний отит.

Температуру сбить удалось, но головная боль не проходила, а уши словно были набиты ватой. Видимо, перенесённый сильный стресс наложился на болезнь, потому выздоровление шло очень медленно.

Однажды утром, спустя неделю после госпитализации, Илона впервые проснулась без головной боли. Она смотрела в белый потолок и думала о том, почему вокруг стоит такая странная тишина: ведь уже достаточно поздно, даже на улице рассвело.

Начался обход, и Илона увидела около своей кровати двоих врачей: заведующего отделением и отоларинголога, который ежедневно осматривал Илону. Мужчины смотрели на Илону, что-то говорили ей, но она не слышала ни звука. Видела только, как шевелятся их губы. В голове стояла полная тишина. Илона резко села в кровати и прижала ладони к ушам.

— Я ничего не слышу, — громко сказала она, и её услышали все, кроме неё самой.

* * * * * * * * * * *

Период, который наступил в жизни Илоны, можно назвать так: «Беда не приходит одна». Как будто мало ей было ссоры и расставания с Хьюго, а также осознания того факта, что начальство и некоторые коллеги оказались нечистоплотными, беспринципными людьми и использовали её, а потом Алексей Степанович ещё и подставил. Конечно, она не смогла больше работать в фирме Ребровых, ежедневно видеть их лица, а также вспоминать о том, что привело к ссоре с Хьюго.