Когда мы рассказали об этом братьям, они, возможно, поверили нам, но родители, безусловно, не смогли принять правду. Мать отчаянно кричала на нас, обвиняя в мести за то, что они отняли у нас Лилию. В каком-то смысле это было так, но мы и сами осознавали, что наше поведение было абсурдным.

Отец, с другой стороны, просто молчал. Он не изгнал Никиту из семьи, продолжал помогать ему финансово и приглашать на семейные ужины. Но что-то изменилось в нем, он стал тише, словно что-то ожидал или ждал. Но никто не мог понять, чего именно он ожидал или ждал. Это создавало еще больше загадок и непонимания в нашей семье.

Мой телефон вдруг начинает вибрировать, и на экране я вижу сообщение от моего старшего брата. Сегодня нам предстоит встретиться втроем и, наконец-то, разрешить этот сложный вопрос, который у нас возник. Изначально мы договорились встретиться у Давида в квартире, но теперь похоже, что планы изменились, и мы должны встретиться в ресторане. Я соглашаюсь, потому что не вижу в этом большой проблемы, хотя, конечно, нам могут мешать некоторые симпатичные официантки. Но старший брат ясно дал понять, что встреча состоится именно в ресторане, и выбора у нас нет — нам придется туда ехать.

Я резко поворачиваю руль вправо и ускоряюсь, пролетая по мокрой дороге, чтобы попасть к Давиду домой. Именно у него всегда можно насладиться вкусным обедом — его жена настоящая мастерица на кухне.

Наконец-то у одного из нас начинается прогресс в личной жизни после разрыва с Лилией.

Эта проклятая девчонка — один ее взгляд, и мы все уже беззащитно падаем к ее ногам. В некотором смысле она разрушила нас, просто появившись в нашей жизни. Забавно, но оказалось, что ее единственная вина заключалась в ее красоте — невинной и безупречной. Она была как прекрасный, хищный цветок, который притягивает к себе, а затем, как только ты подходишь ближе, беспощадно пожирает тебя, не оставляя и следа.

Мои мысли о ней снова погружают меня в бездну темноты, и я чувствую, что не хочу существовать в такие моменты. Я не знаю ничего о ней, и это не потому, что я не могу узнать, а потому что я боюсь. Боюсь узнать, что она счастлива и живет полной жизнью, возможно, уже есть мужчина в ее жизни, а может быть, она даже обзавелась мужем и ребенком. Все-таки прошло уже пять лет, и я уверен, что она стала еще более прекрасной и обворожительной.

Резко замираю перед массивным зданием многоэтажки, где обитает мой младший брат со своей семьей. Внутри машины я сижу, не осознавая, что сильно сжимаю руль автомобиля, а злость начинает кипеть во мне. Но я понимаю, что нужно успокоиться и снова стать хладнокровным и решительным.

Я выдыхаю глубоко и выхожу из машины, медленно направляясь к подъезду. Внутри меня зреет решение — найти Лилию и поговорить с ней. Я не знаю, зачем мне все это нужно, но мое сердце чувствует, что если я не сделаю этого, то просто сойду с ума в ближайшее время.

Давид

— Я очень по тебе соскучилась, а ты все время на работе, — обиженно произносит Надя, выпячивая губы.

Мрачное существование за компьютером — мое текущее занятие. И кто бы мог подумать, что я стану правой рукой Ульяна, его заместителем. Мой старший брат всегда может положиться на меня в тех случаях, когда ему нужно на время исчезнуть.

Теперь на нас лежит огромная ответственность и опасность за жизнь, ведь мой брат взял на себя большой груз, а наш отец отправился в заслуженный отпуск, или, если быть откровенным, теперь наш дорогой папа находится в своей городской квартире с браслетом на ноге, который ограничивает его передвижение по оговоренной территории, назначенной судом.

Но несмотря на все это, Ульян остается главным и на него свалилась вся ответственность.

— Надя, я работаю для нас, — раздраженно отмахиваюсь от жены. — Всё для тебя и меня!

По гостиной прогуливается моя дорогая супруга, одетая в розовый шелковый брендовый халатик. Ее руки сложены на груди, а на лице отчетливо прочитывается недовольство. Надежда дует губы, создавая трубочку из них, что говорит о том, что ее не устраивают мои слова.

— Мне нужен муж, а не вечный робот, сидящий за компьютером, — фыркает она, приближаясь ко мне.

Раздражение охватывает меня и я резко поднимаю голову, чтобы посмотреть на нее. Взгляд ее глаз опасно сомкнулся, и теперь я вижу только черные, опасные щелки. Ее брови нахмурены, а губы сомкнуты в тонкую линию, выражая недовольство. Я чувствую, что еще мгновение, и из ноздрей девушки пойдет пар от возмущения.

— Ты что, издеваешься? — медленно встаю я из-за стола. — А кто говорил о вечных отпусках и дорогих курортах? Шмотки, техника, твои многочисленные салоны — ты думаешь, все это стоит копейки? Или на твою зарплату можно позволить себе все это?

Моя жена отступает на шаг и отодвигается от меня. Ее глаза опускаются на пол, и на ее лице появляется насупленное выражение. Я знаю, что сейчас она может заплакать от обиды, но раньше я бы уже бросился к ногам своей когда-то любимой жене. Но сейчас что-то изменилось, и я не испытываю к ней тех же чувств, что раньше. Я не могу сказать, что не люблю ее, но это уже не то же самое, что было раньше — это просто привычка.