И затряслась душа навзрыд!

Нет, не рыдал он и не плакал,

Всем телом только сотрясал,

Сжигал на жертвеннике ладан

Своей души…, что растерял.

Обняв его горячим телом,

Она почувствовала жар,

Халат врача кроваво-серый

Кровавей стал от этих ран!

Он проводил её к санбату,

Не зная, что он для неё,

Она же для него бриллиантом —

Обогатила, ни за что.

Пожали руки…, зубы сжались,

Застыли пальцы лишь на миг,

Надолго ли они расстались —

Покажет времени каприз.

Андрей, по батюшке Иваныч

Опять ушёл в ночной дозор,

А медсанбате Рая за ночь

Кровавый истоптала пол!

Его не успевали вымыть,

Конец ознакомительного фрагмента.