– Прошу к столу, милые дамы! – радостно произнёс он.

Пили чай с домашним вареньем из клубники и печеньем. Соня уже успокоилась и чувствовала себя в их доме легко и надёжно. Страх, сковавший тело, понемногу проходил. Она уже могла разговаривать, но поглядывая в окно и видя небо в чёрных тучах продолжала ёжиться.

Улыбаясь, бабушка смотрела на девушку. И чтобы отвлечь её от ужасного происшествия, задавала обычные, житейские вопросы, а Соня, спокойно отвечала, чувствуя себя уютно в чужом доме.

– Я живу с мамой и сестрёнкой в городе, – чувствуя на себе взгляд Кирилла и виновато поглядывая на Евгению Григорьевну, отвечала Соня. – Мы живём втроём, папы у нас давно нет, мне кажется, всю жизнь! Мама работает на почте, оператором. Я учусь в медицинском техникуме, Даша учится в школе, в седьмом классе.

– Почему учишься в техникуме, а не в институте? – внимательно слушая рассказ, с интересом спросила Евгения Григорьевна.

– В институт сейчас не могу, позже поступать буду, – поняла вопрос и улыбнувшись ответила Соня. – Надо маме помочь. У неё заработок маленький, часто болеет – гипертония, а сестрёнку нужно поднимать.

– Ну, профессию ты себе выбрала совсем не денежную, чтобы помогать маме, – сочувственно кивая, проговорила Евгения Григорьевна.

– У меня выбора не было, у мамы часто приступы бывают, чтобы не ждать скорую помощь, буду сама ставить уколы. А учусь я хорошо, так что институт ещё впереди!

– Вот бы мне такую внучку! – посмотрев на Кирилла и улыбнувшись сказала Евгения Григорьевна.

– Ба, а я что плохой внук?! – не поняв намёка, обиженно спросил тот.

– Хороший, ты у меня очень хороший, Кирюша! – погладив его по голове и засмеявшись, нежно ответила бабушка, подумав: – Только глупенький, присмотрись какая красавица.

Соню уложили спать на раскладушке в комнате Евгении Григорьевны. Но спала она очень плохо! Снился страшный сон. Всю ночь догоняла огромная чёрная рука и хватала за плечо, пытаясь остановить. Она, обливаясь слезами, кричала, вырывалась, стараясь убежать, но не могла выскользнуть из страшной лохматой лапы. Ей больно от вонзающихся когтей и очень страшно! Она, то вырывалась из ужасных лап, то опять попадала в них. Так и провела всю ночь, воюя с кошмаром.

От лая Амбы Соня и Евгения Григорьевна проснулись одновременно. Собака лаяла под соседним окном, вызывая хозяина на прогулку. Было слышно, как Кирилл, пытаясь не шуметь, вышел на улицу. Амба весело завизжала, и они ушли гулять.

Накануне вечером Соня была настолько напугана, что не видела ничего вокруг. К утру, несмотря на тревожный сон, успокоилась. Проснулась свежей и отдохнувшей. Оглядываясь по сторонам и уже без страха, вспоминала случившееся. Лежала тихо, боясь нарушить тишину в комнате, вслушиваясь в удаляющийся лай своей спасительницы и рассматривая многочисленные фотографии на стене.

– Проснулась, Сонечка? – заметив это, спросила Евгения Григорьевна.

– Да, проснулась.

– Ты, девочка моя, очень беспокойно спала и что-то всю ночь бормотала. Я тебе сейчас чаю с ромашкой заварю, успокоительного.

– Сон снился страшный, – ответила Соня.

– Не грех, ты так вчера перепугалась. Но я всё понять не могу, что это было, кто шёл за тобой по парку? У всех здесь дети одни бегают допоздна, никого не боялись никогда. Скажу сегодня соседкам, пусть за детьми присмотрят. Вставай, пока Кирилла нет, сходи умойся. Там в саду умывальник стоит, а я на кухню, завтрак готовить.

Заправив кровать, Евгения Григорьевна вышла, чтобы не смущать девушку. Соня оделась, свернула постель и собрала раскладушку. Вышла на улицу и на несколько секунд остановилась на крыльце, с восторгом оглядывая цветущий сад в лучах утреннего солнца.

Увидев, под большой яблоней умывальник, не спеша, пошла к нему. После первых прикосновений холодной водой сон исчез мгновенно. Она умылась, почистила зубы, прополоскав их зубной пастой, вытерлась полотенцем, с вышитыми петушками по каймам, и замерла, любуясь благоуханием сада.

Сегодня утром в солнечных лучах он горел разнообразием красок. Она стояла как зачарованная, восхищаясь рукотворной красотой. Вдоль дорожек росли бордовые и жёлтые бархатцы. За ними ровными рядами, как солдаты, стояли высокие шафраны с соцветиями необычного бежево-лилового цвета, перемешанные с зеленью пионов. А сколько красавцев георгинов! Они, как главные обитатели этого дивного сада, были везде. Стояли и рядами, и группами, а какая цветовая гамма! Соня никогда столько не видела, даже не знала, что такие бывают и по цвету, и по форме. Стояла и не могла налюбоваться.