– Пьёшь?

– Нет! – я замотал головой.

Он достал из-под стола канистру, извлёк грязный гранёный стакан, и налил его до краёв. Подвинул его мне.

– Пей!

Это чего, спирт? Я пришёл в ужас и начал отнекиваться.

– Не выпьешь, можешь на хуй отсюда идти.

– Но, Иван Сергеевич…

– Чтоб я больше от тебя, блять, этого имени не слышал! Пей или уёбывай! В третьем корпусе мертвецов любят! – оборвал он меня.

Дрожащей рукой я схватил стакан, попытался залпом выпить его. Горло обожгло, дыхание перехватило. Я согнулся пополам и начал бороться с обезумевшим своим организмом.

– Молодец. Закуси корочкой.

Он протянул мне корку ржаного черствого хлеба. Я кое-как начал её жевать, перед глазами всё залетало. Большаков, довольный, откинулся в кресле.

– Я тут твой начальник. И несу за тебя ответственность. Поэтому приказы мои должны выполняться без сомнения и вопросов. Лишний вопрос может стоить тебе жизни. Лишнее сомнение может стоить жизни не только тебе, но и всему коллективу. Если начальник приказал тебе выпить, значит, он знает, что делает и ты не должен сомневаться, а должен исполнять приказы.

– Вас понял. – прохрипел я.

– Ты новичок. Опыта работы у тебя нет. Твоё профильное образование это пиздец. Поэтому сложных заданий я тебе поручать не могу. Ты должен слушать и смотреть. Смотреть, учиться и вкалывать, как негр, если не хочешь тут сдохнуть. Постепенно будем учить тебя в нашем направлении, но пока будет тебе поблажка. Пошли!

Я поплелся за ним, униженный спиртом и жестким разговором. Большаков привёл меня в огромное помещение. Вокруг стояли стеллажи с платами, мониторами, шкафы с разноцветными кнопками, валялась какая-то компьютерная техника. Посреди помещения стоял стол из нержавейки.

Большаков покопался в стеллажах, разложил на столе передо мной печатные платы размером с большую книгу.

– Три типа плат. РД -8. РД -16. РД -32. Это всё неисправные. Старый фонд. Будешь ездить, менять их на станциях. Платы стоят в кассетах. Это блок на четыре платы. Иногда они выходят из строя. Тогда контролёры на станциях звонят сюда, и я посылаю людей заменить их. Новая плата берётся у кладовщика, под роспись. Старая сдаётся под роспись.

Я осмотрел платы. Интересно, а это наши или импортные?

– А если сразу четыре из строя выйдет? – спросил я.

Большаков бухнул на стол устройство похожее на металлическую клетку.

– Тогда сразу кассета меняется. Но ты её на себе не утащишь. Она шестнадцать килограммов весит. Тогда садишься в уазик с мигалками, и едешь по указанному адресу. Это уже аврал.

Кассета выглядела внушительно. Сзади два длинных разъема. Такая ядерный взрыв, наверное, выдержит. Большаков где то испачкался и теперь вытирал руки ветошью.

– Первое время, будешь работать с Фунтиком. Скоро это чучело сюда заявится. Кроме того, будешь принимать звонки от контролеров. Работаем по сменам. Каждая смена двенадцать часов. Деньги будешь копить или отсылать?

Я встрепенулся. Конечно, отсылать. Это единственная причина, почему я здесь.

– Хорошо. Напишешь мне почтовый индекс населённого пункта, где прописан, и адрес, куда деньги отсылать. Это я возьму на себя. Я так понимаю, тебя либо чудо сюда занесло, либо чего похуже. Только не думай, что деньги здесь с неба сыпятся. Тут всё очень непросто. А ты ещё слишком молод. Не пожил ты ещё.

Странно он это сказал. У меня аж мурашки по спине побежали. Вернулись к нему в кабинет. Там он мне указал на стул, и велел ждать напарника, а сам вышел по своим делам. Я уселся на стуле, тут-то меня и настиг выпитый спирт. Я не заметил как задремал.

Мой напарник настоящий урод. Иначе и не скажешь. Он разбудил меня, гаркнув прямо в ухо. Я от страха чуть со стула не свалился. Фунтик. Ему, похоже, доставляет удовольствие издеваться над людьми. Это я понял, когда пришли к кладовщику. Склад располагался в подвале за тяжёлой бункерной дверью. Зашли в закуток и остановились. Передо мной была железная дверь в облупившейся зеленой краске. На двери были откидные дверцы, маленькая сверху и побольше снизу. Возле двери висела кнопка звонка, над которой была надпись красными жирными буквами «Не звонить!!! Стучать!!!»

– Гы, смотри, чего покажу. – Фунтик нажал на кнопку и выскочил из закутка. Раздался оглушительный вой. У меня уши заложило. Зачем он это сделал?

Грохнула, откинувшись, верхняя дверца. Из-за двери послышался отборный мат.

– Суки! Гандоны! Сколько раз просил, не нажимать! Для кого блять, надпись? Для чучмеков? Ты еще что за хер?

Это уже мне. Я представился. Сказал, что новый работник, но кнопку нажимал не я. Выглянул ухмыляющийся Фунтик.

– Гы.Прииивееет, Пееетрович. Гони плааатку. – мерзко пропел он.