Шрифт:
После чего он выпил стакан воды и немного успокоился.
– Андрей Александрович, а Вы откуда всё это знаете?
– Так весь город об этом знает. Видимо здесь советская власть не имеет должной силы.
– Вот до чего перестройка довела! – заявил Вяткин.
– Ну при чем тут перестройка? Они тут давно уже орудуют. Сначала хулиганили, массовые драки устраивали, а сейчас поговаривают, что и рэкетом начали заниматься. Даже секретарь горкома теперь только в сопровождении милиции ходит.
– М-да. – произнёс Вяткин, присев на кресло. – Не этого я здесь ожидал.
Глава 5. В парке
15 мая 1988 года.
В весеннем парке дышалось легко. Чувствовался влажный запах свежей травы, вперемешку с едва уловимым ароматом цветущих яблонь. Яркие лучи майского солнца пробивались сквозь листву деревьев, ослепляя глаза. По аллее, держась за руки, прогуливалась молодая пара.
У киоска с надписью: «Мороженое» Дмитрий молниеносно предложил:
– Может возьмём по стаканчику?
– Давай! –нежно улыбнулась Яна.
Он в который раз тонул в ее глазах, и никак не мог оторвать взгляд от милого лица. Её шелковое белое платье в горошек колыхал лёгкий ветерок, обнажая красивые длинные ноги.
– Ты самая лучшая девушка на свете!
– Спасибо! Приятно! – от смущения девушка опустила вниз глаза.
"Как же я её хочу!", – смелая мысль вертелась в голове парня.
Вдалеке из репродуктора доносилась песня Пугачёвой "Арлекино". Булавин наклонился к окошку киоска:
– Девушка, дайте, пожалуйста, мороженое в вафельном стаканчике. Два стаканчика.
Мимо них пробежала маленькая девочка с синим надувным шариком в руках.
– Лизонька, постой! – вдогонку кричала ей мать, Елена Вишневецкая.
Внезапно споткнувшись о выбоину в асфальте, девочка упала и расплакалась.
– Ма-ма!
– Ох, растяпа! – послышался голос матери.
Она подбежала к девочке, присела и стала рассматривать её ссадину на ноге.
– Больно?
– Дааа! – вытирая слёзы маленькими ладошками рыдала Лиза.
– Ну не плачь, солнышко! До свадьбы заживёт! – нежным голосом успокаивала мать.
– Мамочка, а когда у меня будет свадьба? – жалобно спросила Елизавета.
Елена оторвала подорожник и приложила к месту ушиба.
– Надеюсь, что не скоро. – ответила она тихим голосом. – Не дай бог тебе мою судьбу.
За этой сценой молча наблюдали Дима и Яна. Парень нежно приобнял сзади девушки и спросил:
– Хочешь такую?
– Да. – промурлыкала Ростовская, облизывая мороженое.
Она порылась в сумочке и достала шоколадную конфету и со словами: "На, возьми!" протянула её девочке. Только что ревевшая белугой Лиза всхлипнула напоследок, но тут же довольно улыбнулась и схватила конфету.
– Что нужно сказать? – обратилась к ней мать.
– Спасибо! – бодро ответила девочка.
Дмитрий какое-то время смотрел вслед уходившей женщине с ребенком и о чем-то задумался. Затем повернулся лицом к своей спутнице и заботливо спросил:
– Ты не устала? Может посидим где-нибудь?
– Можно.
– Ну тогда давай поищем, где можно присесть!
Они вышли на центральную дорожку парка, вдоль которой располагались скамейки, и направились в сторону колеса обозрения. Однако все лавочки оказались заняты: где-то сидели весёлые компании, игравшие на гитарах и распивавшие горячительные напитки, а где-то после долгих прогулок отдыхали семьи с детьми.
Под сенью огромного тополя, который своими ветвями в этот момент скрыл молодых людей от посторонних глаз, Дима снова взял девушку за руку и задержал шаг. Их взгляды, ее удивленный, а его пристальный встретились снова. В этот момент он резко обнял Яну и горячим поцелуем обжёг её губы. Ростовская от удивления замерла, но руки сами потянулись обнять его, голова закружилась и кровь прилила к щекам. Это был первый поцелуй в её жизни.
Солнце постепенно клонилось к закату, бросая последние лучики на землю, а молодые люди всё также стояли, не шевелясь, словно боялись спугнуть счастливое мгновение.
Глава 6. Случай в парке
15 мая 1988 года.
Дмитрий Булавин откупорил бутылку лимонада "Буратино". Зашипела газированная жидкость и поднялась вверх.
– Угощайся! – парень протянул Яне Ростовской сладкий напиток.
– Мерси! Этого мне и не хватало для полного счастья, – промурлыкала девушка, облизывая сухие губы.
Она села на скамейку и сделала живительный глоток.
– Будешь? – Ростовская протянула парню бутылку.
– Нет, спасибо! – Булавин присел рядом и приобнял девушку за талию.