– Это наши проблемы, Олег, - перебил Уокер.
– Так что там с Кайзером?

– Товарищ мой добрый из-за него погиб, Вадим Сокол, и еще один боец, вот что. После большого выброса тут параллельно снашими работали иностранные ученые - международная группа по изучению Зоны. Навезли сюда всякого оборудования, устроили полевой лагерь и чего-то исследовали. Каждый день к ним вертолеты прилетали. Охраняли их нейтралы, но мутные какие-то - с прочими сталкерами не общались, никого к лагерю не подпускали. Воронину из Киева какие-то большие шишки позвонили и велели за гостями приглядеть, не ровен час, случится что с иностранцами. Воронин поручил это дело мне. Пришли мы сюда, пообщались с учеными и их охраной, и нам дали понять, что наша опека им совершенно не нужна. Ну, я сообщил Воронину, а он в ответ: "Все равно, держите их под наблюдением, и если чрезвычайная ситуация, идите на помощь - это приказ!" Встали мы у бункера Сахарова походным лагерем. Фирмачи недолго пробыли - несколько дней, а потом спешно их на вертолетах вывезли. Слух прошел, что сунулись они на завод и там попали в переделку, после чего их решили эвакуировать. А через какое-то время появился Кайзер. Заговорил со мной, про дела начал толковать. И как бы невзначай так сообщил, что он теперь на богатых иностранцев работает, консультантом по Зоне.
– Лобода закурил третью подряд сигарету.
– Ясен пень, что из Кайзера консультант, как из меня скрипач, но видно было, что хлопец очень даже собой доволен. Мне было все равно, я Кайзера с первого дня знакомства терпеть не могу. Покрутился на Янтаре и ушел, но не с концами - пару дней спустя встретили мы его и Яшку Матадора - они в сторону завода шли...

– Матадора?
– Я почувствовал сильное волнение.
– Точно его?

– Точно. Какие-то странные они были, взволнованные. Парой слов с нами перемолвились и дальше пошли. Мы в бункер вернулись, обедать сели, и тут пришло предупреждение, что снаружи начался мощный пси-шторм. Час, наверное, бушевал, потом все стихло, и вдруг через сталкерскую сеть приходит сообщение от Кайзера с просьбой о помощи. Мы через аппаратуру ученых засекли его местоположение - сигнал откуда-то с болот шел. Ну, распорядился я, и Сокол с Трофимовым побежали спасать...
– Лобода сокрушенно покачал головой.
– До сих пор себя виню, что всем отрядом не пошли! Моя вина, натурально моя!

– Кайзер их убил, что ли?

– Не знаю. Самого Кайзера, ни живого, ни мертвого мы не нашли. А вот Сокол и Трофимов там лежали. Пулевые ранения в голову у обоих, пули крупного калибра. Мы еще подумали, снайпер работал, уж больно профессиональная стрельба.

– Странно, - сказал я, глядя на Лободу.
– А причем тут Кайзер?

– А вот слушайте дальше. Прошло несколько дней, и Сахаров попросил доставить кое-какие образцы в лабораторию на Янов. Я получил добро от Воронина, и мы выполнили задание. Добрались до вокзала Янова, и тут меня встречает полковник Нильский, начальник особого отдела "Долга" - он специально для разговора со мной сюда прибыл. Одна странная штука произошла. Вы знаете, что у "Долга" есть традиция - все личные вещи погибших бойцов, кроме оружия и специального снаряжения, хранятся в специальном хранилище на "Ростке", пока не найдут родных, чтобы их передать. Короче, вскоре после похорон Сокола и Трофимова, заявились на Бар два офицера главного управления разведки Украины и потребовали отдать им ПДА, которые у покойных были. Раньше такого у нас не случалось. Без всяких объяснений. После этого Нильский заинтересовался обстоятельствами гибели моих ребят. Поговорили мы по душам, и появились у меня вопросы, так что решил я Кайзера найти. Только не знаю, где искать гаденыша. По слухам, ушел он то ли в сторону Припяти, то ли на Радар, да вот точно выяснить ничего не удалось.

– Интересное кино, - у Уокера заблестели глаза.
– Не много во всем это смысла, но в некоторых разделах философии смысла еще меньше. Спасибо, Олег, важные вещи ты нам рассказал.

– Важные, неважные, это все, что я знаю. Теперь ваш черед выполнять обещание.

– Неравноценный обмен, - сказал Дед перед входом в бункер ученых.
– Мы и впрямь собрались делать работу долговцев?

– У князя Такео была дочь-красавица, и многие знатные лорды к ней сватались, но князь не соглашался выдать за них дочь, - ответил Уокер.
– Многим это казалось странным, ведь женихи обещали сделать дочь Такео счастливейшей женщиной в Японии, а ее отцу служить до самой смерти. Однажды кто-то спросил князя, почему он себя так ведет, на что Такео ответил: "Я не доверяю людям, которые слишком много обещают".

– И к чему это сказано?
– не понял я.

– Обещать не значит сделать. Но сначала давайте послушаем, что скажет Сахаров.

– Думаешь, Лобода прав, и Кайзер причастен к гибели долговцев?
– спросил я.

– Точно, - Уокер просто излучал самодовольство.
– И если мы пройдем по следам Кайзера, то узнаем много интересного, или я ничего не понимаю в жизни.

Глава 10. Конец легенды

Сахаров был счастлив. Немедленно включил прибор и, убедившись, что он исправен, буквально засыпал нас благодарностями. Заплатил десять тысяч награды и еще накрыл небольшой фуршет в комнате отдыха бункера, так что мы смогли подкрепиться и расслабиться. После мрачной подземной лаборатории и перехода по коллекторам, полных кислотных аномалий и "Жарок", было особенно приятно вот так посидеть. Сам профессор не пил, все больше расспрашивал о виденном нами в лаборатории. Особенно его заинтересовали гигантский мозг в колбе установки и странный карлик, едва не прикончивший нас на подходе к центральному залу.

– По вашему описанию этот мутант больше всего напоминает бюрера, - сказал Сахаров, - однако обладающего особыми псионическими способностями, как контролер. Думаю, такие способности появились у него из-за близости излучателя. Было бы интересно исследовать мозг этого существа.

– Еще мы нашли останки Призрака, - ввернул я.

– Призрака? Ах да, кажется так его звали.... Сейчас не могу вспомнить всех подробностей, потому что все случилось довольно давно, шесть лет назад. Этого сталкера нанял Васильев, и Призрак сразу согласился на сотрудничество. Видимо, у него были свои мотивы проникнуть в лабораторию, а точного ее расположения он не знал.
– Сахаров помолчал.
– Ни Васильев, ни его спутник из подземелья не вернулись. Меченый был здесь позже, после гибели Васильева, он тоже хотел попасть в лабораторию. Несомненно, он нашел тело Призрака, поскольку принес мне его аномальный комбинезон.

– И больше ничего?

– Лично мне - нет. Что он нашел в лаборатории, осталось для меня тайной. Вероятно, у Меченого были веские причины для того, чтобы лезть в это ужасное место.

– А установка?

– Совершенно удивительная система! Гигантский мозг в стеклянном резервуаре уже вызывает у меня, как у ученого, настоящий трепет. Но боюсь, ее изучение в настоящее время невозможно. К сожалению, у нас нет никакой информации о ее назначении и ее технического описания, лишь предположения. Мы знаем лишь то, что установка неведомым образом генерировала мощное пси-излучение и использовалась для неизвестных нам научных экспериментов, возможно, связанных с оборонными технологиями. До взрыва 2006 года там велись какие-то работы, но потом лаборатория была законсервирована или заброшена, а ее персонал или был эвакуирован, или погиб во время взрыва. Даже не представляю, кто может знать о лаборатории Х-16 больше...