Меня выпускают в зал, и я останавливаюсь.

Один сопровождающий остался рядом со шторкой, а второй пересек зал и вышел наружу, достал сигареты… Изображает посетителя, который решил закурить. Черт. Отсекают мне выходы.

– Вперед, – велит тот, что у шторки.

Я направляюсь к третьему столу.

Яров со спутником еще там. На столике нет блюд… Я же не принесла заказ. Даже не знаю, готов ли он.

Как только я останавливаюсь рядом с ними, на меня тут же обрушивается критика.

– Девушка! – рычит собеседник Ярова. – Вы спите или умерли?! Или в телефоне целый день сидите?! Мне долго ждать мой заказ?!

От злости он багровеет.

– Я… – начинаю я, не зная, что сказать.

То ли оправдываться, то ли помощи просить.

Руки дрожат, сердце стучит так громко, что, наверное, все слышат. Лицо перепуганное, но теперь он решит, что это из-за его нападок.

– Вы на ходу спите? – меня отчитывают на грани хамства.

Яров бросает на меня безразличный взгляд. Даже не думает остановить знакомого, за меня заступится, хотя видит, что я сама не своя. Скорее ему просто плевать на такую мелочь, как я…

– Что у вас в руках? Где мой кофе?

– «Манхеттен»… – бормочу я.

– Вы один напиток несли столько времени?! – он вырывает его из рук. – Отмените мой заказ, я ухожу. Пригласите администратора. Сейчас получите у меня. Я буду требовать лишить вас премии!

Он залпом выпивает напиток до дна, и злобно выдыхает.

Расширенными от ужаса глазами я смотрю, как он пьет.

– Вы оглохли?! – орет он, и я отшатываюсь.

Под распахнувшимся на мощных плечах пиджаком мелькает оружие. Он из органов? Бандит? Я отступаю, затравленно оглядываясь – куда бежать? Выходы заблокированы, гостей почти нет и на меня орет этот тип…

Яров, откинувшись на стуле, следит за мной. Теперь вижу в глазах интерес. Он понял: что-то не так, пытается разобраться, почему веду себя странно. Светло-серые глаза следят за мной.

Отскакиваю назад, пытаясь убраться с дороги. Думала, он так зол, что решил идти за администратором, но дело в другом. Опираясь на декоративную колонну, мужчина останавливается. Затем делает шаг вперед, но словно не видит дороги. Глаза вытаращенные, он тяжело дышит, словно быстро пробежал стометровку.

Он и не думал гнаться за мной или идти за начальством. Ему плохо.

Лицо краснеет прямо на глазах, покрываясь темными пятнами.

Замираю, даже не дышу, следя за развернувшейся драмой.

Мужик сглатывает. Постепенно на него начинает пялиться все кафе. Яров даже не меняет выражения лица, нервы как канаты. Но смотрит на друга, а не меня. Взгляд исподлобья похож на кошачий: безразличный и немножко презрительный.

– Дмитрий, с тобой все в порядке?

Тот хрипит.

– Вы подавились? – кричит девушка с дальнего столика. – Кто-нибудь, помогите ему!

Но в кафе всего несколько человек. В зале нет сотрудников.

С меня, наконец, спадает оцепенение. Затравленно оглядываюсь: выход заблокирован, служебный тоже. Если попасть в рабочую часть кафе, там еще два выхода – на кухне и для сотрудников. Куда бежать?

Меня отвлекает грохот: мужик рухнул, опрокинув соседний столик.

Яров, наконец, поднимается, чтобы ему помочь.

– Дмитрий? – голос не меняет плавности.

Таким же голосом он заказывал стейк! Присаживается на корточки рядом с товарищем, проверяя пульс на шее и вдруг смотрит мне в глаза. Если бы на меня так посмотрели на допросе, я бы в тот же миг все рассказала.

Он все понял.

Я в панике, руки дрожат, выдаю себя просто выражением лица. Нервы не выдерживают, и я бросаюсь в сторону служебного выхода. Из зала конвоира не видно, но я сталкиваюсь с ним сразу за шторкой. Налетаю, как на шкаф, и он зажимает мне рот мощной, потной ладонью.

– Цыц, – низким, грудным голосом говорит он.

Я кричу в ладонь и он, сжав меня пудовыми лапами, тащит вглубь кафе. Они прекрасно здесь ориентируются. Потому что ведут меня к служебному выходу кухни. Никого нет. Хотя наши коридоры никогда не пустуют! Но сейчас даже на кухне тихо, словно сотрудники кафе знают, что происходят и готовились к этому дню.

Меня выволакивают на задний двор за шею, едва ли не волоком. Там же появляется второй – успел обойти кафе снаружи. Вдвоем тащить меня проще. Один зажимает рот и держит за шею, второй тянет к черному внедорожнику с открытыми дверями.

Не успеваю даже пискнуть, когда меня зашвыривают на заднее сиденье.

Я приземляюсь на колени мужика из кабинета шефа. Он хватает меня тяжелой рукой и зло шипит:

– Хороший выбор, Карина. Только ты не тому отдала стакан!

Я застываю, всхлипывая. Эти двое занимают места и джип тут же срывается с места, унося от «Амелии» прочь. Я знаю, что ненужные свидетели не живут… Особенно, такие ненадежные, как я.