Шрифт:
— А как же Барсик? — спросила она уже вполне человеческим голосом.
Я порадовался — это хорошо, значит девочка успокоилась и согрелась.
— А он не с тобой разве?
— Нет, — прошептала Яся и губы её затряслись.
Не успел я удивиться куда подевался её фамильяр, как в тишине ночного леса раздалось протяжное:
— Мя-я-яа-ау!
Глава 8
Ярослава
— Мя-я-я-яа-ау!
— Это котик, Вэл, надо его забрать!
Граф закатил глаза, но согласно кивнул.
— Кис-кис-кис, Барси-ик, ау, — позвала я фамильяра, но он молчал.
— Ба-а-арс, Ба-арсик. Барси-и-ик… — звали мы на все лады, но кот никак больше не отзывался.
Спустя полчаса безутешных поисков, маг тихо тронул меня за плечо и сказал:
— Ясь, надо идти… мы можем прийти за ним потом. У меня амулет разряжается.
— Нет! — я даже мысли такой не допускала, чтобы бросить кота здесь, в лесу, одного. Тем более когда рядом разбойники.
А кстати, что с ними? Об этом я и спросила графа.
— Пока что этот еще не понял ничего, но скоро действие заклинания закончится, как только сядет амулет, и он поймет кто виноват в его бедах. Так что лучше бы нам поторопиться…
— Я же сказала, что без кота не уйду. Давай так: я буду искать Барсика, а ты последи за Кулаком.
Вэл удивленно вскинул брови, и мне пришлось пояснить:
— Здоровяка так зовут, Кулак.
Граф с сомнением покачал головой, но вроде согласился.
Бродить в ночи по лесу то еще удовольствие, скажу я вам. И хоть я постоянно перекрикивалась с графом, стараясь не уйти слишком далеко, все-таки было немного боязно потеряться. Под ногами хрустели сломанные сухие ветки, и каждый шорох казался подозрительным. Сердце всякий раз замирало от ужаса, что вот сейчас на меня из-за кустов вывалится медведь или кабан, и все… прости-прощай Лихачёва, как и не было.
Ужасно то, что я так и не спасу своих друзей из беды, и сама сгину. В какой-то момент я так отчаялась найти кота (а вдруг он вообще убежал из леса?), что просто-напросто присела на ближайший пень и горько зарыдала.
Подул резкий, холодный ветер, и я тут же снова продрогла. Вот замерзну здесь насмерть, будет Барсик знать…
Шпш… Что это? Я заозиралсь вокруг, но ничего подозрительного не заметив, снова полила слёзы о своей горькой судьбинушке, кутаясь поплотнее в графский плащ.
Шпш… хрумс…
— Кто здесь? — вскрикнула я и выставила вперед руки, будто бы в них еще была магия.
— Шстой и не штрусь.
— Чего?! — это что за диалект такой?
— Шничего. Шпросто штой ш-и шне шкричи. Шчего шслезы шльешь?
— Кто ты? И где прячешься?
— Ш-я шветер, шлесной шветер, шнепонятно шштоле?
— Непонятно! И с каких это пор ветер с человеком разговаривает?
— Шс штаких. Шты шне шчеловек!
— Эй-эй… потише в выражениях. Чего это я не человек-то?
— Шс штого. Шты шведьма шта ш-еще…
— Хм… ну допустим, а почему «та еще»? Что-то как-то обидно это звучит.
— Шслушай, шчто шты шк шсловам-што шпридираешься, ш-а? Шдостала. Шкота шпасать шбдудешь, ш-или швыделываться шпродложишь?
Ой…
— Да ладно-ладно, чего ты сразу… Давай кота спасать скорее, а то что-то мне холодно уже с тобой тут. Ты знаешь где Барсик, да?
— Шда-шда. Шплохо шдело. Шпомирает штвой шкот. Ш-я шсам швидел.
— Шгде шты… тьфу, где ты видел?
— Швоо-он в штех шкустах.
И тут Ветер раздвинул ближайшие ко мне кусты. Надо же. А я ведь совсем рядышком сидела и знать не знала.
— Шлежит, шбедненький, ш-еле шдышит. Шскоро шсдохнет.
— Эй-эй, не каркай, — пискнула я, и тут увидела бедного Барсика, лежащего на боку.
Он тихо хрипел, угасая прямо на глазах. Тельце тяжело вздымалось, на мордочке засохла кровь. Много крови. Ма-а-ленький мой.
— Шбери ш-его ш-и шбеги шуже. Штам ш-етот шкрасавчик шчто-што шволнуется.
Мне кажется, или я явственно услышала смешок?
— Ш-а ш-етих ш-я шзадержу. Шзлые ш-они. Ш-а шты шдобрая. Ш-я шнутром шчую.
— Спасибо тебе, Ветер. Спасибо! — я схватила кота на руки и поспешила на поляну, где меня должен был ждать Вэл.
Тактично не стала задавать вопрос, где у ветра нутро. Помог и славно.