Совещание продолжалось уже больше суток. Лидеры фракций не покидали здание, лишь временами делая перерывы, дабы поддерживать связь со своими организациями и курировать их в соответствии с новыми данными и договорённостями.

В какой-то момент отвлёкшийся от разговора Виктор неожиданно поднял руку, привлекая внимание. Голоса стихли.

— Я только что получил важную информацию по поводу первопричин катаклизма, — ошарашил он Небесных Монархов.

Вытащив из Хранилища пересланный ему свиток памяти Божественного ранга, он установил его в специальное гнездо, подключенное к массиву комнаты.

— Пожалуйста, ознакомьтесь, — сказал он, прикрыв глаза и активировав особую функцию кресла.

Присутствующие поспешили последовать его примеру. Уже вскоре все получили доступ к запечатлённым на свитке воспоминаниям некоего воина.

Тёмный зал для совещаний резко сменился прекрасным садом под чистым светлым небом. Глядя на мир глазами незнакомца, Небесные Монархи увидели симпатичную эльфийку, что разговаривала с владельцем воспоминаний. Звука не было, да и прочитать по губам было невозможно — воин, от лица которого они смотрели, скрыл эти детали. Впрочем, чужой разговор и так никого не волновал.

Внезапно на мужчину нахлынуло чувство удушья. Только связанно оно было не с недостатком кислорода, а с недостатком энергии. Количество праны в округе начало стремительно снижаться. Увядали прекрасные духовные растения, ломались артефакты и бледнела эльфийка. Священный Лорд попытался что-либо предпринять, но было уже слишком поздно.

Несколько мгновений спустя прямо над его городом на безумной скорости пролетела неизвестная фигура, после чего энергия начала вырываться из самой материи, включая даже тела Истинных Мастеров. Девушка умерла мгновенно, а сам воин ощутил безумную боль от резко треснувшего Астрального Тела. Осознавая, что вот-вот погибнет от осушения, он вложил свои воспоминания об этом моменте в дорогущий свиток Божественного ранга, который точно должен был уцелеть.

Последнее, что увидел воин, — это ещё одну пролетевшую над городом фигуру. На этом воспоминание оборвалось.

— Это один из городов пустыни Акама. И, как вы можете догадаться, те две фигуры летели со стороны обрушившихся Акамских гор, что считаются эпицентром катаклизма, к Красному Небесному Древу, что тоже затем оказалось уничтожено. Выводы напрашиваются сами собой… — подытожил Виктор, когда все наконец просмотрели воспоминания.

— Невозможно… — в ужасе прошептал кто-то. — Что это за сила?.. Это были боги?..

— Посмотрите на одежду первого! — вдруг заметил другой Небесный Монарх. — Там плохо видно, какой это Дом, но это точно одеяния культиста!

Многие тут же бросились пересматривать воспоминания.

— Неужели это тот самый Сазарэк? Легендарный глава Культа Небесного Возвышения действительно существует?

— Бред!

— Что насчёт второго? Что это за чудовище? От одного лишь взгляда бросает в дрожь!

— А никого не смущает, что эти двое могут летать с такой скоростью в Фероксе, где ограничены любые Небесные Монархи?!

— Какие ещё Небесные Монархи?! Если это Небесные Монархи, то я тогда лишь жалкий Заклинатель на их фоне! — раздался ядовитый комментарий.

— Неужели с Мирами Испытаний действительно что-то происходит? — вспомнилась воинам недавно предложенная версия. — Откуда здесь могли взяться такие чудовища? И главное — что нам с этим теперь делать?..

Кай пробуждался. Медленно выныривая из тьмы беспамятства, он всё сильнее ощущал жгучую ярость и гнев, что буквально ослепляли разум. Хотелось неистово крушить и убивать, отчего аура и Сферы парня невольно раскрылись, а из тела стали выплескиваться агрессивные энергии разных стихий. Превращение в демона не прошло для Кая безвредно, и последствия этого всё ещё терзали его. Эмоциональный слой души воина пребывал в полнейшем хаосе.

Но кроме безумной ненависти ко всему сущему Кайзер испытывал ещё и кошмарную боль. Нечто неимоверно большое пыталось проникнуть в его душу, терзая её, словно лучший пыточный инструмент. Оболочка души Кая обладала уникальной защитой, так что повредить её подобным образом было невозможно, но это не означало, что он не мог испытывать боль или сойти с ума из-за неё.

Перед глазами Кая без конца мелькали тысячи и даже миллионы образов, среди которых особенно выделялись два: обезглавливание какого-то старика и вид сидящего у стены мёртвого Даймонда. Океаны информации ежесекундно вливались в разум парня, но тут же выдавливались обратно, словно его душа сопротивлялась такому объему данных. Она никак не могла принять одновременно более пятнадцати лет воспоминаний, притом настолько полных и подробных, что можно было легко рассмотреть и посчитать количество волосков на лице каждого когда-либо увиденного Каем человека, даже если тот лишь мельком попал в область его периферийного зрения. И ведь это была лишь визуальная информация, а сколько ещё оставалось звуковой, духовной, тактильной и прочей…

В итоге, застыв между беспамятством и явью, испытывающий одновременно и боль, и ярость, Кай жутко закричал. Его тело забилось в судорогах, а во все стороны хлынула неконтролируемая сила. К счастью, мечник находился в специальной защищённой комнате глубоко под землёй, а также был крепко скован золотыми артефактными цепями, подавляющими его.

— Держись, — неожиданно раздался смутно знакомый женский голос. — Наставник уже здесь.

Увы, эти слова так и не достигли разума Кая. Он лишь резко дёрнулся в сторону девушки, желая разорвать её голыми руками, но даже не открыл глаз.