Тем временем наемники почти добрались до нас с Настей, грубо выхватывая из толпы парней и отшвыривая их в сторону. Никто не сопротивлялся. Те, кто был на это способен, уже лежали в луже собственной крови. Храбрые или глупые погибли первыми. Остались умные и трусливые. Посмотрим, кого больше.

— Все будет хорошо, — шепнул я Насте и создал на её руке иллюзорный браслет. Так я смогу всегда ее найти. Надолго его не хватит, но пару часов точно выдержит. — Не сопротивляйся им и делай все, что говорят. Сейчас главное выжить. Скоро я приду за тобой. Ничего не бойся, и что бы ни случилось со мной, не вмешивайся. Помни, я знаю, что делать.

Поцеловав ее в губы, я не стал дожидаться приглашающего взмаха меча и отправился к остальным.

Мне был нужен план, как максимально быстро помножить на ноль всех уродов. Но слова Влада, что есть еще те, кого я не видел, очень меня нервировали. Черт его знает, что они начнут делать, когда я вырежу всех наемников. В том, что я это смогу, сомнений не было. Тело, закаленное в боях, дышало здоровьем и бодростью. Чуть благодати и иллюзий, и минут за пять точно управлюсь. Но уверен, они могли это предусмотреть, поэтому я не спешил, выжидая.

После того, как мы с девушками разошлись в разные стороны, наемники выстроились между нами, с прежним холодным безразличием глядя на всех. И вновь раздался все тот же голос:

— Как я уже и говорил, вы все осуждены. Ваш доблестный император виновен в гибели нашего наследника престола. Именно он был тем, кто направил свою ненависть на ни в чем неповинного Ахмеда, который хотел жениться на его дочке, навсегда объединив два народа, две великих империи, два мира. Но кто же был его орудием? Кто нанес удар, оборвавший драгоценную жизнь принца? Этот человек сейчас находится среди вас! Князь Багрянин, покажись всем, чтобы они могли увидеть тебя. Ведь это благодаря тебе они сегодня умрут. Надеюсь, ты доволен?

— Ваш Ахмед был никчемным трусом, лишенным чести. И я убил его на честной дуэли. Был бы выбор, грохнул бы ублюдка еще раз, только более жестоко. А потом и его папашу, дабы не рождал больше таких выблядков. Вся ваша нация — раковая опухоль на теле миров. Зря Хранитель вас раньше не уничтожил.

Говорил я громко, надеясь спровоцировать мерзкий голос и заставить его показаться на глаза.

— Говори-говори, — голос внезапно стал веселым. — Недолго тебе осталось. Для тебя у нас приготовлено особое блюдо. Надеюсь, оно тебе понравится.

Резкий тычок в спину — и я полетел на пол. Я предчувствовал удар и легко мог бы от него увернуться, но не стал. Зачем раньше времени показывать силу?

— Ну а теперь ты пока постой или полежи, а я начну свой суд. Однажды я читал про то, как вы описываете свой ад и его девять кругов. И знаете, я проникся этой идеей. И вот сейчас я ее воплощу в жизнь.

Воздух пошел рябью, и перед мужчинами появилась арка, дымящаяся тьмой.

— Там находится лабиринт, разделенный на все те же девять кругов — лимб, похоть, чревоугодие и прочее. Те, кто интересовался историей, поймут и вспомнят. Возможно, им будет даже легче его проходить.

В каждом круге по канону сидит страж — его надо победить. Все просто, да? В центре лабиринта стоит куб — дотроньтесь до него, и ваши скитания закончатся. Кто не пройдет испытание — сдохнет, а вот тот, кто выдержит все круги…

Он сделал паузу, во время которой в глазах многих загорелся огонёк надежды. И потом злорадно продолжил:

— Нет, не спасется, но получит возможность выбрать ту, что останется жива. Если подохнете все, то следом за вами отправятся ваши женщины. Так что не теряем времени и двигаемся вперед. И да, шанс спасти свою даму будет только у одного. Так что советую поторопиться.

Толпа замерла перед входом. Тут были аристократы, гордость империи, взрослые, умудрённые жизнью старики и юные ученики, только начинающие жить. И никто из них не хотел умирать. Их осталось человек двадцать, остальные были мертвы. На помощь никто не рассчитывал, но смириться с тем, что скоро умрешь, никто не мог и не хотел.

И если существовал призрачный шанс сохранить жизнь матери, сестре или любимой, значит, им нужно воспользоваться. Всё это легко читалось на их лицах.

На меня же никто не смотрел и это было хуже всего. Пусть бы они ругались, проклинали меня, но нет. Они молча, по одному заходили в арку, иногда бросая последний взгляд на любимых. Нет, никто не сопротивлялся и не вопил о несправедливости. Кидаться толпой на охрану смысла не было — тогда бы умерли все.

Женщины плакали, иногда срываясь на истерику. Их успокаивали другие, чтобы через минуту тоже сорваться. Настя стояла рядом с бабушкой и не сводила с меня глаз, в которых плескалась тревога и надежда. Надежда на меня, что я смогу все исправить.

Ну а я, видя все это, лишь скрежетал зубами, наливаясь черной ненавистью. Хотелось кинуться на этих тварей и разорвать им глотки, но я ждал, надеясь спасти хоть кого-то. Но пока я не вижу весь расклад, вступать в игру смысла не было.

— А теперь ты, мой славный убийца. Ты погубил нашего принца и его слуг, не зря ваш род стал ненавистен нам еще задолго до твоего рождения. И как символично, что последний Багрянин умрет от рук тех, кого он так ненавидит. Ваш проклятый род прервется сегодня. А после мы придем в мир Хранителя, и я лично надругаюсь над всеми твоими женщинами, а затем вспорю их животы и буду с наслаждением смотреть, как они дохнут в муках.