Вздрогнула, услышав позади себя шорох. Напряглась, душой ощущая, что в дверях стоит Виктор. Но чего мне теперь бояться? Больше нечего…

– Ви…тя… Вииитя… а ты знаешь, Витя… больше я не буду отнимать у тебя годы. Больше не буду. И еще хочу, чтобы ты знал, как сильно я тебя презираю. Будь уверен, твоя душенка будет гореть в аду. И отмаливать твои грехи, наверное, некому.

Я вздохнула, и синей ладошкой поймала снежинку. Легкая такая.

– Представляешь, Вить, ты такой тупой был все эти годы, что даже не заметил, как я тебя обводила вокруг пальца. Витичка, ты такой тупой оказывается, - и вот тут я захохотала дурным истерическим смехом, - Витя! Да ты просто тупой ублюдок! Я же таблетки не пила! Представляешь? Ты ждал, а я…

– А ты умная девочка.

– Девочка, - прошептала я, смотря на человека, так сильно похожего на Захара. – У меня галлюцинации. Наверное, этот ублюдок Виктор все же успел меня напичкать таблетками пока я лежала без сознания.

Я свесила ноги и смотрела на мужчину безмолвно.

Думаю, здесь вообще никого нет. Просто пришло время съехать моей крыше. Я и так слишком долго держалась. Удивительно что раньше не сошла с ума.

– У тебя не галлюцинации, Юлька. И у меня тоже. И у меня…

Он двинулся ко мне, и в следующую секунду поднял на руки и крепко прижал к своему телу.

По моим щекам ручьем лились слезы. Я не могла ничего сказать, не могла понять и осознать. Я просто вдыхала некогда знакомый и любимый запах. Сердце колотилось как бешеное, наверняка тоже не понимая, что моя фантазия играет со мной злую шутку.

Кожу обдало холодом, а через некоторое время я почувствовала тепло, по-прежнему находясь в крепких руках.

Прикрыла глаза и заснула.

– Нет, она отдыхает сейчас. Нет-нет, все нормально, мы поставили ей витамины, прокапается, ей станет легче, - услышала я сквозь дрему, и попыталась открыть глаза. Не получилось.

Снова наступила тишина, а потом шершавая рука коснулась моей ладони.

– Моя малышка любимая… Юлька, ты только больше так не поступай. Третьего раза я не переживу.

Господи, скажи, что я не сплю, что я уже проснулась и слышу этот голос наяву. Скажи, пожалуйста, скажи.

– Первый раз мы верили, ждали, а второй раз… я собственными глазами видел. Юлька моя. Господи, неужели это правда?

Я снова попыталась открыть глаза, но веки словно свинцом налились. Такие тяжелые.

– Я убью этого пидора, я тебе клянусь. Я буду его мучительно медленно наказывать.

– За... Заха… р.

– Юлька, ты проснулась, малышка.

– Ты… дай пить.

К губам тут же подставил лед и принялся мазать их. А я выдохнула. Холодное сейчас не помешает.

– Захар, ты настоящий?

– Это я, Юлька, я рядом.

– Захар, - снова повторила я, и погрузилась в темноту.

Следующее мое пробуждение оказалось не чуть не лучше. Глаза я так и не открыла, сказала пару фраз, почувствовала лед на губах и снова уснула.

Третий раз проснулась, услышав какие-то голоса. Говорили вроде обо мне, но вникнуть в суть разговора не получилось. Организм никак не хотел меня вытолкнуть из сна. Видимо слишком устал.

В следующий раз я проснулась, когда за окном вовсю светило солнце. Даже сквозь закрытые веки я поняла, что сегодня солнечная погода. В глазах было очень светло.

Снова попыталась открыть глаза, и у меня это получилось. Не очень, конечно, но я увидела перед собой палату, наполненную солнечным светом. Рядом не было никого.

Мне все это приснилось. Не было моего Захара. И я снова в палате очередной психушки.

Я прикрыла глаза и почувствовала, как по вискам покатились слезы. Этот ад никогда не закончится. Ожидать чего-то хорошего уже не стоит. Просто мое подсознание сыграло со мной злую шутку, дало насладиться мнимой надеждой и снова сбросило меня вниз со скалы, обрушив на жестокую реальность.

Нужно было вчера прыгать. Сейчас я бы уже не чувствовала этого разочарования.

Услышала, как нажали на ручку двери, и хмыкнула. Крепко сжала челюсть и руки несмотря на то, что все тело ныло от боли.

Я знала кто вошел в палату. Знала, потому что уже никого не ждала.

– Пришел меня добить? – прохрипела я, не имея сил даже прокашляться. – Можешь это сделать прямо сейчас. Потому что все равно ты никогда не узнаешь про банк, и никогда не получишь эти проклятые деньги. Их просто нет!

– Юлька, - услышала я. И резко распахнула глаза.

Сглотнула, и от шока приоткрыла рот.

– Ты… ты мне не приснился?

– Нет, малышка. Я рядом, я здесь, с тобой.

– Захар, скажи, что это не сон. Я не верю.

Он приблизился и коснулся моей руки.

– Я клянусь, что накажу Виктора своими руками, и больше никто никогда тебе не навредит. Я не отпущу тебя от себя ни на шах. Всегда буду рядом.

– Он придет, Захар.

– Он не придет. Сил не хватит.

– Я не верю, что это происходит со мной. Не верю, - из глаз до сих пор катились слезы. Я не могла остановить этот поток, потому что моя боль и мое ожидание были настолько сильны, что разум отказывался принимать реальность.