Встав и одернув китель, подполковник первым делом представился: – Гольдин Виталий Васильевич, подполковник, начальник учебного центра национальной гвардии по подготовке младшего начсостава. В данный момент в наличии четыреста сорок курсантов центра, а также, прибыли по тревоге сорок офицеров и прапорщиков, проживающих в имеющейся части города. В распоряжении нашего центра имеется три танка Т-72, четыре БМП-1, десять БТР-80, два БРДМ и два многоцелевых бронеавтомобиля «Тигр».

Сто сорок человек личного состава находится на территории центра и патрулирует его окрестности. Еще три группы по сто человек: в управлении полиции, в мэрии и в маневренных группах, которые высланы с полицией в окрестности города.

– Благодарю, Виталий Васильевич. Есть ли запас стрелкового вооружения, кроме того, что закреплен за личным составом?

– Небольшой. Точно ответить сейчас не готов, но думаю, что не более ста единиц.

– Это я уточнил на случай необходимости вооружения дополнительных сил. Сотрудников МВД, МЧС, военкоматов, мобилизованных.

Житенев в это время смотрел на дворника, все также убиравшего улицу, переваливая в большой мешок содержимое уличных урн.

Юле было больно. Очень больно. Дышать было очень тяжело из-за пыли, забившей нос и наполнившей рот. Из-за этой же пыли, плотно засыпавшей глаза, невозможно было рассмотреть ничего вокруг себя. Тело занемело, прижатое к дивану чем-то холодным.

Накануне Юля приехала в гости к своей тете и осталась ночевать у нее, чтобы утром вернуться домой на первом автобусе. Тетя ушла на ночную смену, а Юля, слегка поужинав и посмотрев телевизор, легла спать в зале на диване. Больше в квартире никого не было. Что произошло ночью с домом она не понимала. Сон прервался на какое-то мгновенье грохотом и последовавшей за ним болью, а потом наступило беспамятство. Сколько она пробыла без сознания, Юля тоже не понимала.

Звать на помощь не получалось все из-за той же пыли или штукатурки, которая заполняла рот. Дышать получалось небольшими вдохами – тело было плотно прижато к дивану, а проклятая пыль, раздражая гортань и легкие, вызывали кашель. Однако и хорошо прокашляться у нее не выходило.

Пальцы рук и ног она чувствовала и могла ими шевелить, так что переломов она скорее всего избежала.

В конце концов, ей удалось проморгать глаза и хоть что-то рассмотреть вокруг себя. Много увидеть не удалось – практически полный мрак. К дивану ее прижимала бетонная плита, которая не раздавила девушку, то ли по стечению обстоятельств, то ли из-за хлипкой преграды, в виде быльцев старого дивана, на которые упиралась. По крайней мере, верхнее быльце, которое Юля могла видеть, не дало плите раздавить ее голову.

Слабый лучик света, даже не лучик, а его отблеск, еле-еле пробивался откуда-то со стороны ее ног, а если есть свет, то и приток воздуха будет.

Паника уже прошла и из каменного мешка она решила пробовать выбираться в сторону ног. Можно, конечно, ждать прихода спасателей, но под плитой оставаться было страшно, она хоть и держится, но сколько это продлиться неизвестно. В кромешной тьме она постоянно слышала, что где-то что-то скрипит и осыпается.

Цепляясь пальцами за обшивку дивана начала пытаться сдвинуть тело. С пятой попытки ей удалось сдвинуться сразу на пару сантиметров, и эта маленькая победа ее воодушевила. Усилив движения Юля сдвинулась еще немного. Сейчас она напоминала змею, которая двигается хвостом вперед.

Быльца, находившаяся в ее ногах, была оторвана и это позволило сместить часть тела с дивана. Отдышавшись и немного восстановив силы, потраченные на необычный способ перемещения, ей удалось сползти в нишу, образовавшуюся среди нагромождения плит и обломков мебели, где она смогла, согнувшись сесть и размять затекшее тело. Немного развернувшись, Юля увидела проем, из которого до нее доставал уличный свет, но судя по его размеру и количеству препятствий, быстро выбраться из каменной ловушки ей не светит.

Первую пару метров она проползла довольно быстро, всего пару раз ударившись головой и немного порезав колено. Дальше лаз расширялся, но был перепутан кусками арматурных прутьев, торчащих с разных сторон как в квест-комнате или фильме об искателях сокровищ. И вновь девушке пришлось становиться змеёй, чтобы пробраться через лабиринт железных прутьев. Еще два метра и на ее теле добавилось десяток мелких и не очень порезов, шишка на голове, стертые ссадины на локтях и коленях.

Протиснувшись через последнее скопление арматуры, за куском плиты она наконец-то увидела небольшой участок неба. Правда до него было метра четыре и выбираться надо будет вверх, но лаз был шире и без острых предметов. Растянувшись на спине и расслабив тело, девушка решила отдохнуть и снова восстановить силы перед последним броском на волю. Закрыв глаза, постаралась вслушиваться в доносившиеся с улицы звуки. Никаких признаков того, что развалины дома разбирают спасатели, не было. Неслышно голосов людей и звуков работающей техники. Только обоняние улавливало запах дыма. И чем ближе она продвигалась к виднеющемуся небу, тем сильнее и насыщенней становился этот запах.

Немного восстановив силы, Юля начала подъем наверх, цепляясь за различные выступы.

Для взрослого мужчины такой подъем был бы труден, но преодолим. А вот для хрупкой девушки, которая четыре месяца назад только окончила школу и работала продавцом кофе в подземном переходе метро, а самой большой физической нагрузкой в жизни, которую она испытала, был сбор хвороста для костра во время похода в лес с классом, это стало задачей на пределе сил и возможностей. Не имея ни сил, ни навыков, она смогла подняться наверх и перевалившись через край провала, обессиленно растянуться на куске плиты.