Из КГБ уволилось много народу. Кто-то сейчас бизнесом занимается, кто-то в политику ушел.

Повзло потушил сигарету и достал из пачки новую, щелкнул зажигалкой.

– Обнорский только что пришел в "молодежку". Как-то он услышал, что бывшие офицеры КГБ создали свою организацию. Нечто вроде клуба. И назвали ее "Белая стрела".

– Так и было?- спросила я.

– Может быть. Мы искали "Белую стрелу" несколько лет. Но не нашли. Хотя кто-то и говорил, что именно "Белая стрела" стоит за рядом громких убийств в стране. Не только в Питере. Мы собрали большую коллекцию слухов и мифовверсий, но дальше не пошли - да и некогда было этим заниматься. Правда, недавно я слышал, что Макс Ленский из "Газеты" что-то про эту "Стрелу" копал.

В общем, не забивай себе голову.- Коля губами легко коснулся моих губ, едва слышно прошептал мне в лицо: - "Белая стрела" - это легенда.

– Хорошо,- ответила я таким же шепотом.

***

Я проснулась, когда рассвет только-только заглянул в окно. Коля спал рядом, во сне его лицо становилось детским.

Осторожно, стараясь не разбудить Повзло, я выбралась из-под одеяла, накинула рубашку, которую Коля выдал мне вместо халата. Прошла на кухню, села у маленького стола, закурила. Я знала, что мне нужно делать.

* 7 *

Утром, уже с работы, я позвонила Максиму Ленскому.

Привет, беспокоит Аня Соболина из "Золотой пули". Нас Володя познакомил на рождественском балу прессы в Доме журналиста...

– Я помню.

На Рождество в Домжуре был сначала капустник, потом дартс, много пива и пьяных разговоров.

– Макс, мне нужна помощь. Но я не хотела бы говорить об этом по телефону. Мы можем встретиться?

– Можем,- сказал он удивленно.- В три часа в бистро на Малой Садовой подойдет?

– Вполне.

Ленский работал старшим репортером в отделе новостей "Газеты". По словам Соболина, Ленский не пропускал ни одной симпатичной женщины и постоянно искал приключений. Но, главное, имел выходы на спецслужбы.

В бистро Макс опоздал на пять минут.

– Хорошо выглядишь,- сказал он.- Как дела у Володи?- спросил Макс.

– Как всегда, в бегах.

Я еще колебалась. Хотя за пятнадцать минут до встречи, когда я выходила из Агентства, мне казалось, что все уже решено. Я приду в бистро и сразу попрошу помощи у Макса. Но когда он появился, моя решимость куда-то делась. Может быть, потому, что Макс пришел на встречу не в костюме, а в полинялых джинсах и свободном джемпере. Он словно помолодел лет на пять и выглядел скорее как студент, чем репортер солидного издания.

– Проблемы?- вдруг спросил Макс.

Его лицо стало серьезным.

– Не то чтобы проблемы...- Я наконец решилась: - Говорят, ты что-то раскопал о "Белой стреле".

– Слухами земля полнится. Не верь, Аня, всему, что говорят.

– Я серьезно. Это очень важно.

– Важно?- переспросил Макс.

– Да.

– Почему?

Вопрос поставил меня в тупик.

– Просто у меня появилась - впервые появилась - возможность сделать кое-что самой. И для этого мне нужно знать о "Белой стреле" как можно больше.

– Аргумент,- пробормотал Макс.

Я рассказала ему, опуская подробности, о странных файлах, о том, как несколько часов пробивалась через ложные "ящики". Добавила кое-что из рассказа Коли Повзло.

– Почему ты занимаешься этим?- спросил Макс.

Макс снова заставил меня задуматься.

Наверное, дня за три до нашей встречи я могла бы повторить слова Обнорского об общем доме, сказала бы, что хочу вложиться в это строительство. Но уже не была уверена в этом. Действительно - почему я хочу добраться до этой "Белой стрелы", зачем мне она?

– Я хочу сделать что-то сама,- ответила я Ленскому и себе.- Сейчас в Агентстве я работаю кем-то вроде справочника на все случаи жизни. Помнишь, как в рассказе "Справочник Гименея".

По-моему, его О'Генри написал.- Макс кивнул.- Я не самая плохая мать. Может быть, не лучшая жена для Соболина. Но я хочу знать, способна ли на что-то большее. Я смотрю на тебя, на Соболина, на Колю Повзло - у вас настоящая работа, настоящая жизнь. Вы живете. Я тоже хочу попробовать "жить".

– Странная это жизнь...- пробормотал Макс.- Журналисты же ничего реально не делают. Информация - это такая абстрактная штука. Кто-то совершает какие-то реальные действия, а мы их только описываем.

– Все не так, Макс,- решила поспорить я, испугавшись, что в итоге этого разговора Ленский мне ничего не расскажет.- Именно журналисты создают ту реальность, в которой живут люди.

И никакой другой реальности, кроме той, о которой рассказали в новостях, нет.

Макс неопределенно пожал плечами: мол, может быть. Мой порыв иссяк, я спросила усталым голосом: Ты мне поможешь?

Макс обреченно кивнул:

– На самом деле о "Белой стреле" толком ничего не известно. Один знающий человек сказал мне, что такая организация действительно есть, но они, вопреки ходившим когда-то слухам, никого не убивают. Эта организация собирает информацию. Там работают бывшие офицеры КГБ. Разведка, контрразведка... Они предлагают свои услуги тем, кто может заплатить. Но особенно себя не афишируют. Есть и другая версия: